— Мистер Армстронг, нам стоит подождать до утра, — говорит садовник.

Я едва слышу его сквозь шум дождя, но мне все равно плевать, что он там говорит. Никто не остановит меня от того, чтобы найти её сегодня ночью. В лучшем случае она будет просто замерзшей, уставшей и голодной, когда я её найду. В худшем... я не хочу думать о том, что может случиться с ней, одинокой и промокшей во тьме. Интересно, боится ли она. Интересно, о чем она вообще думает. Интересно, жалеет ли она об этом маленьком приключении. Сомневаюсь.

— Я знаю этот лабиринт как свои пять пальцев, — говорю я Гонсало. — Я смогу её найти.

— Я уже искал, мистер Армстронг. Я же вам говорил, — отвечает он, но я слышу неуверенность в его голосе.

— Ты проверил весь лабиринт? Заглянул в каждый угол и каждый тупик?

Он отводит от меня взгляд, и я понимаю, что нет.

— Он слишком большой, — произносит он, качая головой. — Это займет часы.

Лабиринт пугает, особенно в темноте. Чтобы пройти его, требуется час, если знать дорогу. Разумеется, я знаю дорогу, но чтобы проверить всё целиком, действительно потребуются часы пешком, чуть меньше на гольф-каре.

— Отвези меня ко входу, — приказываю я. Он колеблется, но понимает, что отказ обернется для него худшими последствиями, чем подчинение.

Он поворачивает руль, и мы направляемся в сторону нависающего темного лабиринта. Я смотрю на него и всем сердцем чувствую: она там. Я знаю, что она прячется от меня в том самом месте, где, как ей было известно, я смог бы её найти. Она знает, что я такой же упрямый, как и она. Она знает, что я не остановлюсь, пока не найду её.

Никто из нас не остановится. Надеюсь, именно на это она и рассчитывает.

Адриенна

Здесь холодно и в целом прескверно, но мне доводилось проходить и через худшее. По крайней мере, я так себе говорю, потому что дрожу так сильно, что мне физически больно. Кости ломит. Кожа исцарапана и саднит. Мои бинты насквозь промокли и испачкались, как и одежда. Я заблудилась в лабиринте, но я не то чтобы сильно пыталась найти выход. На самом деле, я даже не знаю, о чем думала. Моим первым инстинктом после выхода из особняка было найти место для исследований. Я знала, что они будут меня искать, а лабиринт так и манил. Когда я уходила, у меня не было четкого плана. Я просто хотела быть свободной. И теперь я свободна.

У меня ушло много времени, чтобы добраться до центра лабиринта, не знаю точно, сколько именно. Наверное, вся вторая половина дня. Солнце проделало путь по небу и скрылось под густыми серыми тучами, пока я тащила себя по стриженой траве и гальке вдоль дорожки. Лабиринт — это истинное произведение искусства; кусты изумрудно-зеленые и идеально подстрижены. В некоторых потайных уголках стоят мраморные статуи — идеальные копии древних статуй греческих богов. Или, может быть, это не копии, не могу сказать наверняка. Как бы то ни было, они прекрасны, и они составляли мне компанию весь день. Время пролетело незаметно, и я даже не помню, когда в последний раз была так счастлива. В общем и целом, это был веселый день, полный радости и возбуждения. То, что я считаю захватывающим в эти дни, отличается от того, что было в прошлом, но сами чувства остались прежними.