После этой разведки Кудряш бросился в атаку. Серия быстрых ударов в голову. Я отпрыгнул влево, разрывая дистанцию, и на его движении вперед выбросил левый хук в челюсть. Удар пришелся вскользь — Кудряш успел чуть отвернуть голову, кулак проехал по скуле. Но даже этого хватило. На лице Кудряша появилось озадаченное выражение.

Ага, тварюка, испугался.

Мы снова закружили. Толпа шумела, кричала, но я слышал это как сквозь вату. Мир сузился до Кудряша. Больше никого на свете не существует.

Но как было бы хорошо, чтоб и этот исчез.

Бой продолжался в том же рисунке: Кудряш наступал, забрасывая меня градом ударов, я уклонялся, уходил в сторону, встречал. Мы оба плотно попали друг по другу несколько раз — я получил удар по уху, он — прямой в нос, от которых перебитая переносица начала кровить. Кудряш утерся тыльной стороной ладони, размазав кровь по лицу, и это его разозлило.

Он стал наступать яростнее. Более размашисто. Менее точно.

Потом ему удалось попасть. Тяжелый правый прямой прилетел мне в скулу, и в глазах вспыхнуло белым. Меня отбросило назад, я едва удержался на ногах, отступив на два шага. Толпа взревела. Кудряш кинулся добивать.

И открылся.

Корпус остался совершенно незащищен. Локоть поднят, ребра обнажены. На секунду, может быть, на полсекунды. Но мне хватило.

Я выбросил левый хук снизу, вложив в удар всю массу. Кулак вошел точно под правое нижнее ребро, в область печени.

Кудряш остановился. Как будто налетел на стену. Лицо его изменилось — рот раскрылся, глаза закатились. Он согнулся пополам, схватившись за правый бок, и рухнул на колени. Потом завалился на пол.

Удар по печени — это не просто больно. Это парализующая, выворачивающая наизнанку боль, от которой перехватывает дыхание и темнеет в глазах. Диафрагма спазмирует, человек не может вдохнуть. Ноги отказывают.

Судья начал считать. Кудряш лежал на грязном полу, скорчившись, обхватив руками живот, пытаясь дышать. На счет «пять» он попытался встать — приподнялся на локте и тут же упал обратно. На счет «восемь» даже не шевельнулся.

— Десять! — объявил судья.

Толпа взревела. Кто-то свистел, кто-то орал, кто-то колотил соседа по плечу. Я стоял, тяжело дыша, чувствуя, как горит скула и пульсирует бровь.

Захар вышел на середину и поднял мою руку. Сказать, что глаза у него были удивленные — не сказать ничего.

— Победитель — Вадим «Студент»!

Новая волна рева. Я высвободил руку и пошел к выходу. Кудряш все еще лежал на полу.

Я добрался до своей комнаты и прикрыл дверь. Скула начинала опухать. Я осторожно потрогал лоб — рассечения не было, но гематома обещала быть живописной. Костяшки обеих рук болели, но крови, по счастью, не видно.