Захар стиснул зубы.

— В больницу нельзя, — тихо сказал он. — Там спросят, откуда. Врачи по закону обязаны сообщать в полицию. Сказать что просто упал, не получится — он избитый.

— Тогда он умрет, — сказал я ровно. — Через час, может быть, через два. У него кровь скапливается внутри черепа и давит на мозг. Каждая минута — это необратимое повреждение.

Захар посмотрел на лежащего, потом на меня. В его глазах мелькнуло беспокойство.

— Ты же медик. Сделай что-нибудь. Иль ты из тех медиков, что кулаками лучше действуют, чем головой?

— Я не могу делать трепанацию черепа голыми руками в грязной комнате.

— Что нужно?

Вот как разговор пошел. Однако! Ну да ладно.

Я помолчал, быстро прикидывая в голове. Трепанация — одна из древнейших операций, ее делали еще в каменном веке кремневыми скребками. В принципе, при эпидуральной гематоме достаточно вскрыть череп, выпустить кровь и перевязать кровоточащий сосуд. Операция технически не самая сложная — если есть инструменты и хотя бы условная стерильность.

— Мне нужен трепан или хотя бы хирургическое долото и молоток. Зажимы кровоостанавливающие — штук шесть, лучше восемь. Пинцеты хирургические, два. Скальпель, ножницы. Кетгут и шелковая нить для швов. Иглы хирургические, иглодержатель. Перевязочный материал — бинты, марлевые салфетки. Спирт — не меньше бутылки. Карболовая кислота. Вата. Йодная настойка. Хлороформ или эфир для наркоза. Еще нужен стол — крепкий, чистый, длинный. Чистые простыни, кипяток. Хорошее освещение — керосиновых ламп штук пять или шесть. И таз. Лучше два таза.

Захар слушал, шевеля губами. Потом кивнул одному из своих людей. Тот достал огрызок карандаша и клочок бумаги.

— Диктуй еще раз, медленно.

Я продиктовал. Захар вырвал у помощника список, пробежал глазами.

— Трепан — это что?

— Хирургический инструмент для вскрытия черепа. Похож на коловорот. Его можно купить в хирургической лавке. Если не найдешь трепан — возьми долото хирургическое и молоток, это проще. Еще элеватор — тонкая стальная лопатка для подъема костных отломков. Купить это все можно у Колосова на Литейном или у Гольдберга на Невском. Магазины хирургических инструментов. Но сейчас они уже закрыты.

— Это не твоя забота, — отрезал Захар. — Будет тебе и трепан, и долото, и черт лысый, если нужен. Полчаса — сорок минут.

Он ткнул пальцем в двоих парней.

— К Борису езжайте. Быстро. У него все есть. Будите его, если спит. Не будет открывать — камень в окно. И привет от меня передавайте.

Те кивнули и исчезли в темноте.

Кто такой Борис и почему у него все есть, я спрашивать не стал.