Он не видел, как сжирает меня изнутри паника. Не знает о преследующих кошмарах. О тех ночах, когда просыпаюсь, рыдая в подушку и проклиная собственный организм в страхе, что он снова меня подведет.
Лечение не дает никаких гарантий, а значит, и будущее под большим вопросом.
Я не могу подвергать его такому. Киран заслуживает стабильности после всего дерьма, которое подкинула жизнь.
Ради всего святого, утром я гуглила, являются ли кровоточащие десны побочным эффектом волчанки. Спойлер: почти все является побочным эффектом. Так что я минут двадцать простояла перед зеркалом в ванной, с маниакальным упорством разглядывая десны, пока по щекам катились слезы, а руки тряслись.
Киран не заслуживает такого хаоса.
Никто не заслуживает.
С чего бы выбирать меня, когда вокруг полно здоровых девушек безо всяких «осложнений»?
Взгляд Беллы смягчается.
— В чем истинная причина, Лай?
Я всплескиваю руками; эмоции вырываются на свободу.
— Зачем кого-то на такое обрекать? Зачем пополнять список людей, которых рано или поздно разочарую? — я поднимаю руку, останавливая открывшую рот Беллу, чтобы начать вечный спор. — Я очень люблю тебя, Белла, правда, но можешь даже не пытаться меня переубедить. Болезнь перечеркнула не только мою жизнь, но и жизнь родителей. Я видела, как их мир сошел с орбиты. А Кирану нужно сосредоточиться на Эмми. Еще одна обуза ни к чему.
Синди и Белла переглядываются. Вижу, что им хочется поспорить, но, видимо, замечают бесконечную усталость, потому что Белла просто кладет мне руку на плечо.
— Жаль, что ты так думаешь. Ты не обуза, Лай, правда не обуза.
— Никто и никогда не считал тебя обузой, — мягко добавляет Синди.
Поджав губы, я качаю головой.
— Вы меня не переубедите, — стремясь избавиться от гнетущей атмосферы, я резко меняю тему: — Вы ведь умираете от желания расспросить, да?
Они снова переглядываются и решают подыграть, отбрасывая депрессивную тему. Синди прочищает горло и ухмыляется.
— Еще как. У меня никогда не было «друзей с привилегиями». Только О'Коннор.
Белла указывает на нее бокалом.
— Это мило.
— Держу пари, не так мило, как Киран ведет себя с Лайлой. Он за закрытыми дверьми становится мягким и нежным, раз у тебя это в первый раз, или властным?
У меня отвисает челюсть, а Белла фыркает.
— А что? Мне правда интересно, не превращается ли он в плюшевого мишку.
Раздавшийся позади взрыв хохота спасает от ответа. Я отмахиваюсь от девчонок.
— Поговорим позже, когда вокруг будет поменьше греющих уши.
Синди косится мне за плечо и морщится от очередного приступа наигранного смеха. Я всегда за веселье, но фальшь видно за версту.