Я выгибаю бровь.
— Серьезно?
— Ага.
— Не хочу расстраивать, капитан, но тогда это уже не мужской вечер.
Теперь моя очередь сверлить Ирвинга убийственным взглядом.
Он шумно выдыхает и бурчит:
— Ладно, все, замолкаю.
— Музыка для ушей.
— Эй!
Джонсон качает головой.
— Его хватает ненадолго.
— Хорош издеваться над Ирвингом, — ворчит Грейсон. — Ведете себя как дети.
— Это тоже считается издевательством, капитан.
Грейсон игнорирует его и продолжает:
— Встречаемся здесь же в семь, так что отменяйте все планы.
Джонсон усмехается.
— С какой зайкой будешь отменять свидание, Ирвинг?
Тот показывает ему средний палец, но все же достает телефон. Кроме нас с Грейсоном, этого не делает только Валенти. Он перехватывает мой взгляд и слегка пожимает плечами.
Мы оба прекрасно знаем, почему у него нет планов на вечер пятницы.
— Разъезжайтесь по домам и приводите себя в порядок. У девочек тоже девичник, так что отмазки не принимаются, — добавляет Грейсон, закидывая сумку на плечо.
— Можно хотя бы узнать, во что я втягиваю свою прекрасную дочь?
— Нет, — бросает капитан через плечо и выразительно смотрит на Ирвинга. — И чтобы вели себя прилично. Никаких матов.
— Твою ж налево, — бубнит Ирвинг.

Все, что сказал Грейсон – это одеть Эмми потеплее. Ни слова больше я из него не вытянул, даже когда прижал к стенке на парковке. Видимо, он что-то шепнул Лайле, потому что, стоит переступить порог, Эмми несется ко мне на всех парах, уже упакованная в куртку, шарф, шапку и крошечные варежки.
Почему детская одежда такая милая?Варежки едва налезут мне на два пальца.
Я подхватываю дочь на руки и прижимаю к груди.
— Привет, малышка, как дела?
Вместо ответа она кладет щеку мне на плечо, а маленькие ручки тянутся к затылку, чтобы начать перебирать волосы. Я бросаю сумку на пол, наслаждаясь моментом. Еще два месяца назад возвращался в пустую квартиру, а теперь в моих руках крошечный комочек счастья, от которого сердце готово разорваться.
Проходя вглубь дома, я утыкаюсь подбородком в макушку Эмми. От ее тепла напряжение в груди начинает отпускать. Но улыбка медленно сползает, когда из кухни выходит Лайла и слабо улыбается.
— Привет, как прошла тренировка?
Хватает одного взгляда, одной доли секунды, чтобы понять: что-то не так. Она пытается расправить плечи и выдавить бодрую улыбку, но не выходит. Даже лицо бледнее обычного.
— Что случилось? — наклонившись, я прикладываю тыльную сторону ладони к ее лбу. Небольшой жар. — Ты заболела? Эмми притащила какую-то заразу с площадки и заразила тебя?
Лайла водит Эмми в парк каждый божий день, в любую погоду. Если идет дождь, они надевают очаровательные маленькие резиновые сапожки и плащи – парные, естественно, потому что Эмми всеми силами пытается превратиться в мини-копию Лайлы.