Завизжав, я бросаюсь на него, зажимая рот ладонью и валя нас обоих на газон. Я буквально выбиваю из него дух, но Киран быстро приходит в себя и смеется прямо мне в ладонь.
Я бью его по плечу и пытаюсь слезть, возмущенно причитая:
— Это вообще не смешно!
Но Киран крепко смыкает руки на моей талии, не давая сдвинуться с места, и продолжает хохотать.
— Зато с моего ракурса было очень даже весело.
Я перевожу на него испепеляющий взгляд.
— Невыносимый идиот.
— Но твой любимый.
— Все равно идиот! Я не это имела в виду, и ты прекрасно знаешь!
— Я знаю, солнышко. Но можешь не сомневаться: однажды я обязательно надену кольцо на твой палец.
Щеки обдает жаром, но язык срабатывает быстрее мозга.
— Для начала придется предложить мне стать твоей девушкой.
Он выгибает бровь.
— Правда? Мы с самого начала все делали задом наперед, так что теперь можем творить все, что захотим.
Прищурившись, я смотрю на него.
— Киран.
— Лайла, — нараспев отвечает он.
Со стоном я пытаюсь вырваться, но его низкий смех бархатом скользит по коже, когда Киран резким движением переворачивает нас и прижимает меня к земле. Улыбка настолько лучезарная и сногсшибательная, что я забываю, как дышать.
Он наклоняется, целует меня – слишком быстро, слишком коротко – и, отстранившись, шепчет:
— Лайла Карсон, окажешь ли ты честь стать моей девушкой?
Я не смогла бы сдержать улыбку, даже если бы попыталась.
— Да.
Слово едва слетает с губ, как Киран снова накрывает их поцелуем.

Час спустя – с парочкой пятен от травы на одежде и «освященным» клочком газона на заднем дворе Кирана – мы лежим на спине. Я уютно устроилась на его руке, обводя пальцем затейливые узоры татуировок на коже и целуя каждый шрам, который попадается на пути.
— Ты бы хотела однажды стать мамой для Эмми?
Я отвечаю искренне:
— Для меня это стало бы честью.
— А своих детей хочешь?
Я улыбаюсь.
— Из-за болезни никогда не знала, смогу ли вообще их иметь, и уж точно не смогла бы заботиться о ребенке, если бы мне не стало лучше. Я уже давным-давно похоронила мечту о семье. Но когда начала работать с Эмми, я поняла, что хочу этого больше всего на свете.
— Она особенная, да? — шепчет он с мягкой улыбкой.
— Особенная. А ты?
— Я хочу большую семью. Чтобы дом всегда был наполнен светом и детским смехом, — повернув голову, он целует меня в щеку. — Нам пора собираться. Грейсон и Белла, наверное, уже с ума сходят, гадая, где мы.
Он поднимается, протягивает мне руку и ведет к ступенькам веранды, положив ладонь на поясницу. Не знаю, что заставляет меня это сделать, но прежде чем Киран успевает открыть стеклянную дверь, я останавливаю его и задираю голову, чтобы заглянуть в глаза.