Тимур помолчал. Сначала даже не понял о чем вообще разговор. Потом усмехнулся. Вспомнил их небольшую игру.
— Ты серьёзно? Ты звонишь мне в четыре утра, чтобы сказать, что потерял девушку, с которой даже не знаком?
— Да.
— …Капец. Ладно. Скину тебе её соцсети. Только пообещай, что не будешь в душ ходить с телефоном.
— …Прекрати.
— Ладно, окей.
Тимур сбросил ссылку. Клим трепетно открыл её. Лана Ветрова, двадцать пять лет, фитнес-инструктор. На аватарке — она в спортивной форме клуба, с улыбкой.
Нашлась.
Он выдохнул, вспомнив о Боге.
***
Фитнес-клуб назывался «Атмосфера». Клим приехал туда на следующий день, но не зашёл — сел в машину напротив входа и стал ждать. Хотел просто посмотреть на неё. Убедиться, что с ней всё хорошо. И уехать.
Она вышла через три часа. С коллегами — двумя парнями в такой же форме, с бейджиками на груди. Они смеялись, о чём-то говорили, и один из них положил руку ей на плечо. Клим сжал руль.
Лана пошла домой. Парни — в другую сторону. Клим завёл машину, догнал их через квартал, подрезал. Резко, опасно. Парни испугались, шарахнулись в сторону, чуть не упали. Клим посмотрел на их перекошенные лица и почувствовал облегчение.
Он охранял её. Он был рядом. Был ей нужен.
А они — никто. Просто коллеги. Просто друзья. Не больше.
Он уехал. И с того дня начал слать ей записки. Сначала подкладывал их под дворники машины, потом в почтовый ящик, потом под дверь. Писал коротко:«Ты прекрасна», «Будь осторожна», «Я рядом».
Она не знала, кто он. Думала, какой-то маньяк. Боялась, плакала, меняла замки.
А он не мог иначе. Не умел. Он не умел говорить открыто, не умел знакомиться в кафе, не умел больше быть нормальным. Теперь он умел только наблюдать. И защищать. Даже когда его об этом не просили.
Так продолжалось полгода.
А потом вернулся Тимур.
Он позвонил сразу из аэропорта: «Встречай». Клим его встретил. Они сели в машину, поехали по ночной Москве. Тимур молчал. Клим молчал тоже. Только радио играло что-то тихое, не мешая думать.
— Ты неплохо ходишь, — прокомментировал Тимур, когда они уже подъезжали к дому.
— Спасибо.
— Это из-за неё?
Клим не ответил.
Тимур усмехнулся. Нехорошо, с каким-то новым, незнакомым оттенком. Он все понял.
— Знаешь, брат… Пока я был в Сербии, я многое что понял. Например, что доброта — это слабость. Что прощать — это глупость. Что единственный способ выжить — уничтожить всех, кто хочет тебя потопить.
Он закусил щеку и повернулся к Климу. В свете уличных фонарей его лицо казалось более жёстким, с глубокими тенями под глазами.
— Я там стал другим. Думаю, ты здесь тоже.