— Как зайдёшь, проверишь всё — сразу отпишись мне. Если что-то случится, если он какие-то угрозы напишет — звони сразу мне, не думая. Я приеду. Хорошо?
— Хорошо, — кивнула я.
— Лан, — он поймал мой взгляд. — Я серьёзно. Я теперь не просто твой тренер. Я буду переживать.
Я кивнула, чувствуя, как щёки заливает румянцем. Закрыв дверь квартиры, остановилась, прижала холодные ладони к горящим щекам.
Что я творю? Господи, что я творю?
Проверила все углы — чисто. Все шкафы, двери, под кроватью. Никого.
Села на кровать и только тогда написала ему:
Я: «Всё чисто. Спасибо за вечер. (Палец уже вывел: «надеюсь, повторим?», но я тут же стерла это).Спокойной ночи!»
Он ответил сразу:
Тимур: «Спокойной ночи. Тебе спасибо. Надеюсь, повторим»
Я зарылась лицом в подушку и запищала. Улыбалась при этом, как дурочка, впервые за долгое время забыв о страхе.
Глава 41
***
ОН
***
Я смотрел на её лицо, пока она медленно проваливалась в сон, свернувшись калачиком. Плед сполз с плеча, открывая тонкую ключицу и красивую жилку на шее. Её губы были чуть приоткрыты, дыхание ровное, спокойное. Впервые за долгое время спокойное.
Она не знала, что здесь, в её районе, становится опасно. За последнюю неделю объявилось слишком много знакомых рож. Люди, которые должны были давно сидеть или быть в земле, вдруг всплыли, как дохлая рыба из болота. Старые связи, старые долги, старая кровь. Кто-то затеял передел, и мне это не нравилось. Не потому что я боялся — мне было плевать на их разборки. Но когда они начинают ползать по моей территории, рядом с моей девочкой, я начинаю злиться.
Я подвинул руку выше по её бедру, но так, чтобы не разбудить её. Она нахмурилась во сне, что-то пробормотала, и я замер, не убирая ладони. Мне нравилось чувствовать её такую — беззащитную, доверчивую во сне. Даже если наяву она меня ненавидит.
— Я здесь не для того, чтобы причинить тебе боль, — прошептал я, наклоняясь к её уху. — Я здесь для тебя. И никто другой тебя не тронет. Ты понимаешь?… Никто.
Мои челюсти сжались до скрежета. Если кто-то из этих ублюдков приблизится к ней, они лишатся руки. А потом головы. Я сделаю для этой женщины всё, что угодно. Она даже не представляет, на что я готов пойти ради неё.
Я закрыл глаза и выдохнул, прогоняя лишние мысли. Лана в безопасности — это главное. Пройдясь взглядом по комнате, замер. Увидел своё отражение в стекле шкафа — чёрный силуэт, белое пятно маски. Ненавижу эту маску. Ненавижу, что приходится прятаться, ненавижу, что она видит меня только таким — монстром из её кошмаров. Но ничего. Скоро маску придётся снять. Скоро она узнает меня настоящего.