Лекс принёс палку — мокрую, облепленную прошлогодними листьями. Я кинула. Он принёс снова, довольный, с высунутым языком. Я кинула ещё раз. Пёс носился по роще, а я стояла на тропинке и вдруг поняла, что всё это время думала не о Тимуре. Я думала о том, почему тогда, в той квартире, в ту ночь — я выбрала Клима. Почему не сбежала. Почему осталась. Почему сейчас ношу под сердцем его ребёнка.
И ответ пришёл сам собой — не как озарение, а как давно известная истина, которую я просто боялась произнести вслух.
Клим был единственным человеком в мире, который готов был следить за мной двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю. Не потому, что ему было приказано. Не потому, что он хотел меня контролировать. А потому, что я стала его навязчивой идеей — его одержимостью, его смыслом жизни, его причиной дышать. Он знал и выучил все мои привычки и предпочтения. Знал, что я боюсь грозы, но никогда не признаюсь в этом. Знал, что я люблю читать перед сном, но если книга слишком захватывающая, могу не спать до трёх ночи, а потом страдать на работе. Знал, что я разговариваю с цветами на подоконнике и даю им имена. Знал все мои недостатки — и ни один из них не вызывал у него улыбку превосходства. Только умиление. Только желание быть рядом.
Кто ещё был готов на это? Кто?
Я выросла, глядя на неидеальные отношения — родителей, которые терпели друг друга скорее по привычке, чем по любви; подруг, которые меняли парней как перчатки, потому что «ну так интереснее»; знакомых, которые жили вместе, потому что «так удобно» и «он ведь нормальный человек». Вокруг меня всегда было столько людей, которые абсолютно не подходили друг другу, но оставались вместе, потому что расставаться — сложно, искать кого-то нового — муторно, а в одиночестве — скучно. Компромиссы. Полутона. Тихая, незаметная и такая привычная безнадёга.
А с Климом всё было иначе.
Глава 139
С Климом я чувствовала себя особенной. Не потому, что он осыпал меня комплиментами — он вообще был скуп на слова. А потому, что он смотрел на меня так, будто я была единственным источником света в тёмной комнате. Потому что он помнил мелочи, которые я сама забывала. Потому что он мог прочитать меня по движению бровей, по тому, как закусываю губу, по тому, как задумываюсь над чем-то.
Современные парни — большинство из них — даже не пытаются делать этого. Им не нужна душа на продажу, им нужна функция. Они путают близость с доступностью, а любовь — с удобством. Им всё равно, что у девушки в голове: какие книги она перечитывает по ночам, каких слов ей не хватает услышать, о чём она молчит, когда остаётся одна. Им нужен секс, легкость, предсказуемость — такой сценарий, где не придётся ничего вкладывать, кроме тела и пары дежурных комплиментов.