– Привет. Больше ничего не хочешь сказать или спросить? – улыбнувшись глазами, спросил он.

Я растерялась. Теперь моя очередь говорить? Я училась разговорам для работы оценщиком, но не дружеским беседам. Тогда как он, приехавший с Окраины, явно был привычен к разговору. Я хотела поддержать диалог, чтобы не показаться странной. Правила сообщества, время оценки – все это мгновенно исчезло из мыслей.

– После приветствия… что нужно делать?

– Нужно выбрать, что спросить. Хочешь, я начну?

– Буду благодарна.

Я чуть отступила, а он издал задумчивый звук и вдруг прямо посмотрел на меня.

– Какое у тебя хобби?

– Э… кино смотреть? – Ответ вырвался быстрее, чем я успела прижать ладонь к губам. Просмотр фильмов был запрещен. Большинство даже не могло достать видеозаписи. У меня сохранились старые кассеты опекуна, но официального разрешения смотреть их не было. А 126‐й спокойно продолжил:

– Любишь кино?

Кажется, он не счел мое хобби странным. Может, на Окраине говорить о фильмах – обычное дело, ничего странного? Я набралась смелости и ответила:

– Пожалуй, да.

– Почему?

Почему? Если выйти на улицу с закрытыми глазами, лица людей оказываются пустыми. Все и всегда. Это давило. Но когда я смотрела кино, пустота исчезала, экран был полон ясных, выразительных эмоций. Кино давало четкие ответы – единственная возможность перевести дух.

– Потому что становится легче на душе.

– И у меня так. Когда смотрю фильмы, на душе спокойно. Значит, у нас есть общее.

Неожиданный поворот разговора заставил меня покраснеть, и я упустила момент для ответа. Наступила неловкая пауза, и тогда он заговорил снова:

– Наверное, теперь твоя очередь спросить.

– Моя?

– Несправедливо, если только я задаю вопросы.

Я не знала, с чего начать, и губы никак не размыкались. Какую тему выбрать? Спросить о нем? Или сначала рассказать о себе и потом перейти к вопросам? А если он ответит односложно? Хотя… я же сама только что ответила слишком кратко… Мысли путались, голова кружилась, но тяжести почему‐то не было. Наоборот, с каждой минутой становилось все легче.

– Так вот что такое просто говорить с кем‐то? Пока сложновато. – Я, сама того не замечая, улыбнулась и попросила помощи.

Он тоже широко улыбнулся и ответил:

– Обычно нет. Сейчас получается скорее интервью, чем беседа.

– Прости. Я не умею поддерживать такие разговоры.

– Извиняться не за что. – Все еще улыбаясь, он махнул рукой.

– Тогда давай начнем с интервью. Если повезет, в конце концов интервью превратится в разговор, не так ли?

Губы растянулись в улыбке, несмотря на все напряжение, и, как только я улыбнулась, оно исчезло. Я очень давно не могла так естественно улыбаться.