– Это мой оценщик. Его служебный номер – сто двадцать шесть.
И тут я запнулась. Что еще я могу о нем сказать? Что он высокий? Но 95‐й и сам это видит. Что он любит кино? Какое ему до этого дело?
В итоге я замялась и вовсе умолкла. 126‐й легко и естественно протянул руку для рукопожатия. 95‐й немного скованно пожал ее. 126‐й снова взглянул на меня, и я торопливо выпалила все, что знала о 95‐м, в том порядке, в каком это приходило в голову.
– А с ним я занимаюсь на курсах. Номер девяносто пять. Мы пришли одновременно, на прошлой неделе. Он очень здорово общается! Сегодня его даже похвалили. И он видел нас тогда в кинотеатре.
Прозвучало хаотично, но слова уже сорвались с языка, и было поздно что‐то менять. Нас не зря учили, что общение – как мгновение… Но 126‐й подхватил мою неловкую попытку и вежливо улыбнулся 95‐му.
– Очень приятно. Рад, что вы подружились. Что думаете насчет совместной практики в четверг?
– В четверг? – переспросил 95‐й, слегка склонив голову набок.
– В пятницу у нас полевая практика. А накануне мы хотим провести тренировку, чтобы отработать то, с чем предстоит столкнуться. Я только что спросил вашего оценщика, и он сказал, что все зависит от вашего согласия.
– Ух ты, практика! – Лицо 95‐го озарилось улыбкой.
Они улыбались одинаково – свободно и открыто, уголки губ поднимались почти синхронно. Стоя лицом к лицу, они казались зеркальным отражением друг друга.
– Отлично! Здорово придумано. Ноль седьмая, а вы как?
– Э-э… Я согласна, – ответила я почти машинально.
С чего я вдруг согласилась? Мне и с одним 126‐м непросто. Но было уже поздно. Как и всегда: общение – как мгновение. Слова сказаны, и назад их уже не забрать.
95‐й попрощался безупречно, строго по всем правилам, которым нас учили. Я кое‐как ответила и осталась стоять в легком оцепенении.
– Ну что, жалеешь? – спросил 126‐й, и в его голосе слышался сдержанный смех.
– Это все ты виноват! – скорчив обиженную гримасу, бросила я.
Он рассмеялся в полный голос:
– Я же хотел как лучше.
Всю дорогу я ворчала и отпускала колкости в его сторону, но он только смеялся, и все мои старания были напрасны. Уже в своей комнате, положив учебники на стол, я задумалась. В сущности, это было правильное решение. Для учебы мне действительно нужен был такой друг, как 95‐й. Где‐то в глубине души кольнула беспричинная обида, но я решила списать ее на воображение.
Глава 8
С подносом и столовыми приборами в руках я встала в очередь. Голоса со всех сторон сливались в непрерывный гул. Я молча смотрела перед собой, но и без того никто не обращал на меня внимания, как будто я окончательно стала частью общей суеты.