Я кивнул:

— Именно.

— И считаете, что это можно сделать через открытые источники?

— Я надеялся, что ты найдёшь что-то полезное. Мало ли…

— Лесть засчитана, — сказала Настя и опять развернулась к ноутбуку. — Но если я найду что-то интересное и пропаду без вести, виноват в этом будешь ты.

— Я даже будут себя за это страшно корить, — заверил я девушку. — Но недолго.

— Какой же заботливый у меня работодатель.

— Стараюсь.

Она фыркнула, но пальцы уже снова быстро застучали по клавишам.

Я опустился на стул рядом и некоторое время молча наблюдал, как Настя одну за другой открывает ссылки со старыми заметками, газетными вырезками, какие-то списки благотворительных балов и отчёты о пожертвованиях. На экране мелькали гербы, фамилии, сухие формулировки, фотографии людей в дорогих костюмах и длинных платьях, заметки о культурных вечерах, поддержке сиротских домов, реставрации храмов, финансировании медицинских исследований.

— Так, — пробормотала Настя минут через десять, пока я отдыхал и лениво пролистывал какой-то принесенный ею журнал об искусстве. — Информации про представителей «Рассвета» в сети почти нет. Только князь Вяземский, баронесса Рейн и господин Ладомиров, известный промышленник. Ещё пара фамилий, но там скорее попечители, чем полноценные члены. Всё остальное данные с благотворительных анонимных мероприятий, где половина гостей подписана «почётный участник вечера».

Я кивнул.

— А еще я нашла устав, — продолжила девушка, открыв очередную ссылку. — Ну, не сам устав, а выдержки из него. Вступление возможно только по рекомендации трёх действующих членов общества. После этого кандидат проходит закрытое собеседование, проверку благонадёжности, имущественного положения, репутации и… — она прищурилась, — духовной устойчивости.

Я удивленно поднял бровь:

— Духовной устойчивости? То есть, организация религиозная?

— Без понятия. Но тут так написано, — ответила секретарь и указала на экран ноутбука. — И ещё отмечено, что окончательное решение принимает внутренний совет. Состав совета не раскрывается.

Я вздохнул. Не то, чтобы рассчитывал, что в закрытое общество можно попасть с улицы, но настолько сложный прием… о таком даже не подозревал. Девушка же повернулась ко мне и уточнила:

— У вас есть три знакомых члена «Рассвета»?

Я вздохнул:

— Конечно, нет.

— А хотя бы один?

— Тоже нет.

— Хотя бы человек, который видел человека, который знаком с человеком? — продолжала любопытствовать девушка и в этот раз, я уловил в ее словах сарказм.

Задумчиво потер ладонью подбородок и протянул:

— Возможно, Мясоедов что-то знает.