Я провел гостей в мастерскую. Нащупал на стене выключатель, щелкнул им, и помещение залил яркий свет. Горин кивнул ищейке, и тот потер ладони. Склонился в молитвенном жесте, а затем вздрогнул. И я заметил, как его глаза затянула поволока. Теперь ищейка видел лишь силуэты материального мира без четких деталей. Зато мог чувствовать темные энергии.

Нам рассказывали в общих чертах, как работают подобного рода специалисты. Они способны размыть грань реальности, сместив фокус сознания за нее. Наш мир для них в эти моменты переставал существовать в привычном виде. Они будто бы наблюдали все в формате эскизов. Словно все кругом превращалось в наброски и чертежи. Люди выглядели набором штрихов: пересекающихся и плавающих в воздухе. Статичные предметы — набором линий.

Зато они видели и кое-что другое. Цветовые пятна — Свет, тьму, призраков, демонов. Ангелов. Нечетко, но безошибочно.

Ищейка прошёл вдоль стеллажей. Остановился у рабочего стола, взглянул на накрытую тканью икону. Горин тут же направился в ту сторону. Развернул ткань, посмотрел на работу.

— Учебный материал, — пояснил я.

— Очень светлая вещь, — пробормотал старший жрец. — Намоленная.

Он покосился в сторону ищейки, но тот снова покачал головой. Я заметил, как дернулся уголок губ старшего жреца. Но вслух он ничего не сказал. Просто произнес:

— Простите, что отвлекли вас.

В голосе прозвучало едва заметное разочарование. Я развел руки:

— Это ваша работа, которая направлена на защиту простых смертных, которым не доступны такие навыки.

— Так и есть, — согласился Горин.

Они направились к выходу. И когда старший жрец подошел к двери, я произнес:

— Не могли бы засчитать этот визит как проверку моей мастерской?

Горин остановился. Обернулся:

— Вашему ведомству все равно придется приходить с проверкой, — пояснил я. — А так не придется тревожить по пустякам.

Горин на мгновение задумался, потом кивнул:

— Это можно, — произнес он. — Я пришлю вам документы для подписи.

Мы поднялись в гостиную. Настя всё так же сидела в кресле — с прямой спиной и чашкой кофе, к которой она, судя по всему, так и не притронулась.

Горин и остальные потянулись к дверям.

— Еще раз приношу свои извинения, — произнес он.

— Не стоит, — ответил я. — Работа есть работа.

Он посмотрел на меня, кивнул и вышел из гостиной. А за ним вышли и жрецы. Дверь за гостями закрылась, и в доме вдруг стало тихо. Настя отставила кружку, о которую грела руки, и взглянула на меня:

— Видимо, демона они не нашли?

Я усмехнулся:

— Я простой реставратор. Не экзорцист и не демонолог. Откуда здесь возьмутся демоны?