— Н-нет, папа! — Моё лицо дёргается в сторону от его пощёчины. — Не называй меня так! Чему мы тебя учили? Отвечай!

— С-сэр.

Они никогда не позволяли называть их мамой и папой. Словно это оскорбление или напоминание об их ошибке.

Он отшвыривает меня, и моя спина ударяется о металл, в нос ударяет затхлый запах. Я поднимаю голову и вижу, что он бросил меня в мусорный контейнер, окружив отбросами.

— Ты останешься здесь и никогда не вернёшься.

Он уходит, а я тяжело дышу, глядя, как он садится в машину и уезжает, оставляя меня одного пропадать.

Я выползаю из мусорного бака и оглядываюсь, надеясь, что кто-то спасёт меня, но мне не к кому идти, а если я останусь здесь, в этом городе есть люди, которые хуже моих родителей.

В тот день я пошёл пешком домой и получил от отца ещё одну взбучку, но это было единственное место, которое у меня было.

Я делаю глубокий вдох, позволяя воспоминанию исчезнуть, хватаюсь за ручку и вхожу в дом.

Запах алкоголя, грязного белья и пота заполняет гостиную, дым окутывает воздух. Мать сидит, скрестив ноги, на потёртом бордовом диване. Курит травку и смотрит телевизор. Я закрываю за собой дверь. Она даже не удосуживается взглянуть на меня.

— Добыл сегодня что-нибудь полезное? — голос хриплый, и я не отвечаю.

Направляюсь к лестнице, она скрипит под ногами, и вдруг я слышу.

Скрип кровати и тяжёлое дыхание. Я останавливаюсь и спускаюсь обратно, не желая видеть, как мой отец снова спит с подругой матери.

В первый раз, когда я застал их, я думал, матери будет не всё равно. Но ей было плевать. Её мозг сгнил от наркотиков, которые она вдыхает каждый день.

Я иду на кухню, вижу горшок супа, который я сварил, — он заплесневел. Беру его, открываю кран и споласкиваю.

— На завтра у нас нет еды, так что лучше придумай что-нибудь. У тебя есть крыша над головой — будь полезен.

— Да, мэм.

Я убираю на кухне как могу и делаю мысленную пометку: нужно украсть что-то из продуктового магазина, пока отец не заметил и не напомнил мне о моём месте.

В горле пересохло, и я вспоминаю, что отдал собранную воду Элси. Мои губы дрожат в улыбке, когда в голове всплывает её образ.

Она — самая красивая девочка, которую я когда-либо видел. Я уже скучаю по тому, как всё вокруг затихало, когда она смотрела на меня. По тому, как она рассказывала о всех своих увлечениях и о любви к родителям. Мне было больно видеть её разочарование из-за того, что поход сорвался.

Мои мысли утонули в сладких воспоминаниях о ней, как вдруг чья-то рука схватила меня за плечо и развернула. Я поднимаю взгляд на отца — он без рубашки, только в штанах.