Его лицо оказывается в считаных сантиметрах от моего, и в этой близости нет ни капли того, что он пытается изобразить: ни властности, ни холодной уверенности.

- Ты... - Выдыхает это слово, как проклятие, и в нём столько злости, что она почти обжигает кожу. - Ты вообще понимаешь, с кем говоришь?

Я не отвожу взгляда. Не моргаю. Смотрю прямо в эти синие, пылающие бешенством глаза и чуть приподнимаю уголок губ — не в улыбке, а в чём-то, что больше похоже на оскал.

- С идиотом? - Наклоняю голову, изображая скучающий вид.

Шейх замахивается над моей головой, желая влепить мне хорошую пощёчину, но и этому жизнь меня научила — в последний момент я ныряю вниз, и его ладонь приходится по жёсткой спинке боком. И когда я слышу, как хрустят "царские" пальцы, вижу, как краснеет от боли его лицо, и как он отходит от кровати на несколько шагов, понимаю — я снова победила.

- Ты... - В глазах — чистое бешенство, но к нему примешивается что-то новое, чего он точно не хотел бы показывать: растерянность. Будто весь его авторитет сейчас рассыпался от одного моего скучающего взгляда.

Я выпрямляюсь, опираюсь локтями о колени, устраиваюсь поудобнее, словно мы не в разломанной комнате, не на краю чего-то опасного, а просто спорим за чашкой остывшего чая.

- Попытка устрашения засчитана. - Улыбаюсь. - Но не эффективна. - Корчу рожицу, всем видом показывая, что его игра — это гиблое дело. - В следующий раз попробуй что-нибудь другое. Может, пистолет? Есть у тебя пистолет? Им мне ещё не угрожали. С удовольствием испытаю этот новый опыт.

- Да кто ты вообще такая? - Шейх больше даже не пытается скрывать свою растерянность. Он смотрит на меня так, как смотрят из окон на голого сумасшедшего весной, когда тот пытается затрамбоваться в мусорный бак.

- Меня зовут Лата. - Вытягиваю руку, имитируя желание пожать его огромную лапищу. - Неприятно познакомиться.

Он моргает. Один раз. Медленно, будто пытается сбросить наваждение — как человек, который увидел, как чашка сама по себе взлетела и разбилась о стену. Его грудь вздымается тяжело, будто он только что пробежал лестницу на десятый этаж, а не стоял тут, пытаясь запугать одну-единственную девчонку.

- Лата… - повторяет моё имя так, словно пробует на вкус что-то прогорклое, и оно царапает горло. - Ты издеваешься? Прямо сейчас?

Я опускаю руку, будто и правда расстроилась, что он не пожал её, и пожимаю плечами.

- Ну, знаешь, правила приличия никто не отменял. Даже если ты грозишься сделать меня своей подстилкой, можно хотя бы поздороваться по-человечески. А то получается какой-то антисервис.