Я решила, что сегодня наберу трав, раз уж выдался такой удобный случай. Тем более что мои запасы заканчивались, а без мелиссы и зверобоя я чувствовала себя почти голой. Лес тут был рядом — рукой подать, и я взяла с собой обоих собак.

— Далеко не уходите только, госпожа! — крикнула мне Анжелика в окно, когда я проходила мимо кухни. — Места тут незнакомые, горы, лес… будьте осторожны!

Я только рукой махнула. Что тут со мной может случиться, в такой-то глуши?

Лес встретил меня птичьим гомоном и запахом прелой листвы. Я шла по едва заметной тропинке, смотрела под ноги, искала нужные травы. Кузя бежал впереди, обнюхивал кусты. Синеглазка осторожно семенила за ним сзади.

— Мелисса, — бормотала я, срывая листик и нюхая. — Вот она, родимая. А вот и зверобой. А это что? Крапива? Не надо, крапиву не берем, этого добра и в городе навалом.

Я ползала на коленях, срезала стебли, укладывала в корзину, напевала себе под нос «Ой, мороз, мороз…». Кузя иногда подвывал, Синеглазка смешно кряхтела.

Дело шло хорошо…

Я уже почти наполнила корзину, когда Кузя вдруг замер. Он перестал бегать, перестал нюхать — просто встал как вкопанный, поднял уши и зарычал. Негромко, но так, что у меня по коже побежали мурашки.

— Кузя? — я выпрямилась. — Что там?

Синеглазка тоже замерла, прижалась к моим ногам и задрожала.

Я огляделась. Лес был слишком тихим. Птицы замолчали, ветер стих, даже оба солнца спрятались за тучу — внезапно, будто кто-то задул свечу.

И тут из кустов вышли трое.

Они были похожи на людей — высокие, широкоплечие, в темных плащах. Но глаза незнакомцев светились желтым светом: волчьим, хищным, нечеловеческим. А когда один из них улыбнулся, я увидела слишком острые зубы.

— Оборотни? — спросила я, отступая и беря на руки Синеглазку.

— Догадливая, — тот, что стоял в центре, шагнул вперед. — Может, догадаешься и зачем пришли?

— Убить меня?

— Порка нет, — оборотень облизнул губы. — Пока нам просто нужен твой амулет. Отдай добровольно, и останешься жива. Твоих собачек тоже пощадим.

Кузя залаял на пришельцев, прижимаясь ко мне. Схватила на руки и его тоже.

— А если не отдам? — я сделала еще шаг назад, гадая — если закричу, услышит ли меня Анжелика?

— Тогда заберем силой, — оборотни сделали еще шаг. — Но боюсь, ты умрешь. И собаки!

Кузя зарычал громче, потом снова залаял — заливисто, звонко. Синеглазка, собрав всю свою смелость, тоже тявкнула — тоненько, по-щенячьи.

— Заткните этих тварей, — бросил главарь своим подельникам.

Один из оборотней двинулся ко мне, намереваясь выхватить собак. Я не раздумывала. Схватила корзину с земли и со всей силы запустила ему в голову. Травы разлетелись в стороны, но корзина была довольно тяжелой — прутья ударили оборотня по лицу, он взвыл и отшатнулся.