Луимир нашел меня через час, выбив дверь чем-то тяжелым. Я уже не могла говорить — только дышать.
— Холли! — он опустился на колени рядом, поднял меня, прижал к груди. — Что случилось?
Я покачала головой, не в силах объяснить. Но он уже увидел разорванную цепочку. Потрогал мою шею, побледнел.
— Амулет? Где он?
— Мелисанда, — выдохнула я. — Она его украла.
Луимир встал. Я видела, как он меняется. Глаза загораются яростью, пальцы сжимаются в кулаки, воздух вокруг начинает вибрировать.
— Я убью ее! — выдохнул он.
— Не надо, — я схватила его за руку. Сил не было, но я держалась. — Лучше верни амулет. Быстрей!
— Холли…
— Обещай.
— Обещаю, — он кивнул и выбежал из комнаты.
Глава 31 Эльфы
После того как Луимир ушел — вернее, выбежал со всех ног, хлопнув дверью, я осталась сидеть на кровати, обхватив колени руками. Два пуделя, проснувшиеся от странного сна, устроились рядом: Кузя в ногах, Синеглазка на подушке. Они не понимали, что случилось, но чувствовали мое состояние и не отходили.
Я смотрела в окно. Два солнца уже поднялись высоко, заливая комнату золотистым светом. Но мне было не до тепла. Тело ломило, и даже сильнее чем бывало до обретения внезапной молодости. Нынешняя боль чувствовалась иначе, глубже. Будто кто-то вытащил из меня стержень, на котором держалось все: сила, здоровье, молодость.
Я провела рукой по лицу — кожа была сухой, шершавой. Я не видела себя в зеркале, но знала, что морщины возвращаются и седина. И тот усталый взгляд, который я носила годами до встречи с Луимиром.
— Кузя, — позвала я.
Пес поднял голову.
— Принеси зеркало.
Кузя не принес, только вздохнул и снова уткнулся носом в лапы. Я не стала настаивать. Может, действительно лучше не видеть себя — какой я снова становлюсь.
Мне нужно было подумать — спокойно, без паники, без слез. Потому что паника — плохой советчик, а слезы — так себе лекарство.
Первое: амулет украден. Второе: я слабею без него. Третье: я старею. Я вздохнула. Затем подошла к окну, отодвинула штору. Во дворе было пусто. Обычно здесь суетились слуги, бегали поварята, сегодня никого. Только ветер гонял сухую листву по камням. Но может, просто еще слишком рано…
— О чем задумалась? — спросил меня Луимир.
Я вздрогнула. Он вошел тихо, я не слышала шагов.
— О своем житье-бытье, — хмыкнула я, отходя от окна.
— И что надумала? — он всматривался в меня, но в полумраке, надеюсь, изменения в моей внешности были не слишком заметны.
— Ничего, — я пожала плечами. — Кстати, а почему во дворе так пусто?
Луимир помрачнел.
— Вчера после обеда мы отпустили слуг, — сказал он. — Кроме Анжелики и Кевина. Отдохнуть, они все устали перед приемом, работали пару недель без выходных.