Затем он отдернул руку, как от огня, и отступил на шаг.
— Договорились, — сказал он. — Три месяца выдержим, заявим старейшинам, что не срослось, пусть смотрят на руны более внимательно. А вы уйдете.
— И вам наконец повезет. Надеюсь, руны в следующий раз сразу укажут на Мелисанду, — добавила я.
Его лицо дрогнуло.
— Мелисанда, да… — начал он и замолчал. — Слуга проводит вас в ваши покои, — закончил принц резко и, развернувшись, вышел из комнаты так же быстро, как вошел.
Дверь за ним закрылась, я выдохнула. Кузя, который все это время испуганно сидел в углу, подбежал ко мне и ткнулся носом в ногу.
— Ну что, Кузьма, — сказала я, наклоняясь, чтобы погладить его. — Счет, я считаю, равный.
Пудель согласно лизнул мою руку.
— Ладно, — вздохнула я. — Пойдем, посмотрим, какие нам выделили покои. Надеюсь, там есть нормальная кровать с хорошим матрасом и место для готовки. Готовить я собираюсь сама, Кузя, ведь в моем возрасте трудно менять привычки, да и изжога от незнакомых блюд мне на фиг не нужна.
Я подхватила Кузю на руки, поправила очки и, гордо подняв голову, направилась к выходу.
Глава 7 Радикулит
Покои мне выделили, скажем так, на троечку с минусом. Роскошь, но запущенная и без души.
Это была большая комната с высоким потолком, малоаппетитными гобеленами на стенах, на которых изображены драконы, поедающие что-то, очень похожее на рыцарей, и огромной кроватью под балдахином. Кровать выглядела так, будто в ней можно было потеряться или утонуть, как в том ковре. Ну или провести остаток жизни в попытках выбраться из-под шелковых простыней.
— Это все, конечно, красиво, — сказала я Кузе, который уже успел запрыгнуть на покрывало и устроиться там клубком. — Но где здесь кресло-качалка? Где теплые батареи на каждой стене? От камина мне холодно! И где нормальный матрас, в конце концов⁉ Почему вместо матраса тут четыре перины одна другой пышнее — боюсь, моя спина долго не выдержит…
Кузя в ответ чихнул, выбив из балдахина облачко пыли.
Я вздохнула и принялась обустраиваться. Разложила свои немногочисленные вещи: недовязанный плед на золоченый стул с прямой спинкой, сковородку на комод — на видное место на всякий случай, банки с вареньем поставила на подоконник. Книгу рецептов положила на прикроватную тумбочку, чтобы перелистывать перед сном.
— Все, Кузя. Мы на месте, можно жить. Три месяца продержимся как-нибудь, — я чмокнула пуделя в черный нос.
Первая неделя прошла на удивление спокойно.
Принц, как и обещал, держался в левом крыле. Я в правом. И мы не пересекались! Слуги приносили еду — невкусную, часто остывшую, сделанную на отвали — явно готовил не повар, а какой-нибудь поваренок с кривыми руками, меняли постель и смотрели на меня с таким любопытством, будто я была экспонатом в зоопарке.