И все бы ничего, я мирилась со всем этим. Но в начале второй недели у меня прихватило спину. И прихватило — это еще мягко сказано. Прострелило так, что я проснулась в пять утра от острой, дикой боли в пояснице. Радикулит, чтоб его! Так и знала, что перины до добра не доведут.

— Ох ты ж, мать честная, — простонала я, пытаясь повернуться на бок. — Только этого не хватало!

Кузя, спавший у меня в ногах, поднял голову и обеспокоенно заскулил.

— Все нормально, Кузенька, — прошептала я, хватаясь за поясницу. — Это у меня от этой дурацкой кровати. Слишком мягкая, моей спине нужен жесткий матрас, а не эти королевские перины.

Я попробовала сесть, не получилось. Боль была такой сильной, что на глаза навернулись слезы. Я лежала, смотрела в потолок и тихо материлась.

А потом явилась служанка — ее звали Анжелика, и она была ко мне приставлена. Увидел меня, скрюченную на кровати, услышал мои сдавленные стоны, Анжелика побледнела и выронила поднос с завтраком.

Яичница полетела на ковер, Кузя радостно бросился ее подбирать.

— Госпожа Бурная! — закричала Анжелика, которая в принципе по-доброму ко мне относилась, вероятно, видя во мне свою бабушку. — Что с вами⁈

— Все хорошо, — простонала я. — Просто радикулит, бывает. У людей в моем возрасте такое случается.

— Я сейчас, держитесь! — закричала Анжелика и выбежала из комнаты быстрее, чем Кузя метнулся за яичницей.

— Не надо! — крикнула я ее вслед. — Само пройдет!

Но через полчаса в моих покоях уже крутился дежурный лекарь. Это был средних лет пузатый мужчина с бородкой клинышком, в толстых очках и с огромным сундучком, из которого торчали пузырьки да склянки.

— Госпожа Бурная, — засуетился он, пытаясь открыть свой сундучок. — Расскажите, где болит? Когда началось? Есть ли температура? Судороги? Тошнота? Галлюцинации…?

— Да радикулит у меня, молодой человек, — сказала я, чуть приподнимаясь на локтях. И тут же пожалев об этом — боль прострелила аж до коленей. — Радикулит просто, понимаете? Это хроническое, лечится покоем, теплом и мазью из красной глины с медом.

— Какой еще красной глины? — лекарь опешил. — И с медом? Но, госпожа Бурная, это же не научно! Я должен вас осмотреть, магически!

— Нет, только без магии, — попросила я. — У меня от вашей магии после портала до сих пор уши заложены. И вообще, я человек традиционной медицины и советской закалки. Пошлите лучше кого-нибудь на кухню за медом и мукой, я себе компресс сделаю.

Лекарь, не слушая меня, уже развернул было свой сундучок и достал оттуда светящийся кристалл, собираясь приложить его к моей пояснице, как дверь с грохотом распахнулась.