— Началось? — спросила я, больше всего в этот момент сожалея, что амулет украден.

— Да, они пришли, — Луимир выронил нож, подошел к окну. — Темные драконы, которые были когда-то Морскими.

Я выглянула через его плечо. Над горами, закрывая два солнца, летели десятки черных точек. Они увеличивались, приближались, и вскоре я уже различала кожистые крылья, длинные хвосты и пасти, из которых вырывались языки багрового пламени.

— Сколько их? — прошептала я.

— Не меньше тридцати, — он сжал кулаки. — Она среди них.

Я поняла, что под словом «она» Луимир имел в виду Мелисанду.

— Держись, Холли, — он повернулся ко мне. — Я не дам тебя в обиду.

Он быстрым шагом вышел из кухни, и тут я услышала, как он закрывает дверь. На ключ! Снаружи!

— Луимир! — подбежав, я заколотила по двери. — А ну-ка открой!

— Нет, — ответил он. — Сиди в доме, я разберусь с ними сам.

— Я не могу сидеть в доме, я…

— Ты нужна мне живой, — отрезал он и ушел.

Я слышала, как затихают его шаги.

Дверь не поддавалась. Как я не пыталась ее открыть, не могла. Должно быть, на нее были наложены чары.

Вскоре снаружи раздались крики, лязг металла, рык драконов… Я смотрела в окно и видела, как Луимир в драконьей ипостаси — огромный, изумрудный, огнедышащий — сражается с черными тварями, вдвое превышающими его размером. Мелисанда мало чем отличалась от остальных, разве была яростнее прочих, да бирюза еще кое-где проступала под черной чешуей.

Луимир держался, но я видела — долго ему не протянуть. Эльфы не могли — они бестолково бегали по земле, применяли магию, но та отскакивала от мощной драконьей шкуры, как дробины от слонов. Несколько эльфов уже лежали мертвые. А самое главное — Луимир оказался в окружении.

И тогда я решилась. Взмахнув головой, распустила пучок. Посмотрела в зеркало: пожалуй, хватит быть старушкой Холли, пора становиться драконицей из рода Бурных, наследницей древнего рода.

Забыв о том, что сил у меня мало, а без амулета я мало что могу, я подошла к двери, примерилась, разбежалась и ударила ногой. Замок хрустнул, но не поддался. Но второй раз тоже ничего не вышло. Тогда я выставила вперед правую руку, представила, что из нее бьет бурный, яростный поток и скомандовала:

— Откройся, мать твою!

К моему удивлению, дверь распахнулась…

Я вышла на крыльцо. Вокруг было настоящее пекло. Драконы кружили над шале, руинами Северного Удела, плевались огнем, рушили те стены, которые еще держались. Эльфы отбивалась магией, мечами и луками, Луимир сумел убить пятерых темных, но силы были неравны.

Я посмотрела на поле боя, потом на кухню, и тут меня осенило. Забежав обратно в дом, я начала выносить на крыльцо все, что было под рукой. Кастрюли, сковородки, банки с соленьями, мешки с мукой и крупой. Уксус, масло, сало, горчицу…