Я вернулась к письму.

«…Знаю, сейчас выдумаете: „какой-то ненормальный“. Но я серьезно. Я люблю вас давно и тайно. Хочу, чтобы вы стали моей женой. Мы уедем далеко-далеко, в горы, где никто нас не найдет. Я буду носить вас на руках, кормить с ложечки, укрывать по ночам. Вы никогда не узнаете забот. Я сделаю вас самой счастливой женщиной в мире».

— С ума сойти, — я покачала головой. — Нашелся же рыцарь на белом коне!

— Все-таки, кто это может быть? — задумчиво спросила Анжелика. — Может, кто-то из слуг? Может, Кевин?

Вспомнив вечно хмурого, вытянутого как жердь секретаря Луимира, я снова фыркнула.

— Не знаю, — я перевернула страницу. — Но если это он, я его убью…

Я замерла.

Потому что в самом низу, мелким, почти неразборчивым почерком, было приписано:

«P. S. Если вы не согласитесь, я все равно вас выкраду. Принц меня повесит, конечно. Но я готов умереть, лишь бы быть рядом с вами. Так что лучше соглашайтесь сразу, если не хотите смерти невинного. Жду ответа. Положите ответ на правый столбик ворот сегодня вечером».

Я перечитала последнюю фразу дважды, потом еще раз. Нет, мне не показалось — все это было действительно в нем написано!

— Госпожа? — Анжелика наклонилась, пытаясь заглянуть в письмо. — Что там?

— Мне предлагают сбежать с тайным поклонником, — медленно сказала я. — А если не сбегу, он грозится все равно меня выкрасть, и тогда принц его повесит.

— Это что же… шантаж? — Анжелика опешила от такой наглости.

— Это идиотизм, — я отложила письмо и отхлебнула чай. — Кто в здравом уме будет писать такое? Это чья-то глупая шутка, только и всего.

— Может, это кто-то из ваших старых знакомых? — предположила Анжелика. — Из деревни? Ест у вас там кто-то на примете?

— Все мои старые знакомые — бабки с клюками. Или дедки, но им точно не до побегов и кражи невест. А те, кто помоложе — либо женаты, либо заняты. Да и не интересовался там мною никто. Нет, это какой-то злодей, и мы должны вывести его на чистую воду.

— Может, гном? — не унималась Анжелика. — Помните, когда на рынок ходили, он нам зелень продавал? Мне еще тогда показалось, он на вас смотрит как-то… влюбленно.

Я вспомнила приземистого, корявого гнома-зеленщика с мясистым носом и грязными руками и покачала головой.

— Вряд ли он. По крайней мере, я надеюсь, что не он. И вообще…

Я взяла письмо, перечитала снова. «Я давно за вами наблюдаю». «Я знаю вас». «Я люблю вас давно и тайно».

— Это не поклонник, — произнесла я твердо. — Это или псих, который не ведает, что творит, или… враг, который хочет, чтобы я покинула замок. Чтобы осталась без защиты. Чтобы меня было легче, не знаю… убить, наверное. Короче, из этого письма растут уши Мелисанды.