— Так нельзя, — сказала я себе. — Если уж встречать плохие вести, то хотя бы причесанной.

Я вышла в коридор. Кузя потрусил следом. Я сварила кофе на пустой кухне, покормила Кузю кашей с мясом, которую варила ему еще утром и отправилась обратно.

Замок к этому времени полностью затих. Две луны за окнами светили ярко, отбрасывая на каменные полы голубоватые блики. Где-то вдалеке взвыл ветер — предвестник горной бури. От нас до гор было далековато, но ветер с вершин все равно нет-нет да долетал. Я зябко передернула плечами и пошла в крыло, где располагались мои личные покои, включающие ванную и гардеробную — совсем для меня ненужную.

Я отправилась в ванную.

Это была большая комната с высоким сводчатым потолком. Посередине стояла медная купальня — огромная, с латунными кранами в виде драконьих голов. Анжелика рассказывала, что эту ванну привезли с севера еще при прабабке Луимира, и с тех пор она не разу не ржавела, только покрылась благородной патиной.

Я подошла, провела рукой по гладкому прохладному краю. Внутри купальни уже плескалась вода — видимо, заботливая Анжелика подготовила все заранее, зная мою привычку мыться перед сном. На поверхности плавали лепестки роз и какие-то травы, от которых пахло мятой и лавандой.

Перед тем как лезть в воду, я огляделась в поисках зеркала. Вдоль стен стояли тумбочки с баночками, склянками, гребнями и щетками. Над одной из них висело небольшое, в изящной деревянной раме, но его поверхность была такой темной, что в ней ничего нельзя было разглядеть.

— И где здесь на себя посмотреть? — проворчала я. — По-прежнему я молода или может уже от всех волнений снова постарела?

Но кроме этого темного пятна, зеркал здесь не было. Я вздохнула, залезла в купальню и принялась отмокать. Вода была теплой, с травами, которые пахли так, что у меня закружилась голова. Я закрыла глаза, расслабилась и попыталась не думать о сгоревшем доме, о Луимире, который спал сейчас в другом крыле замка и, наверное, даже не подозревал, что его истинной паре не спится.

Я отмокала долго. Минут сорок, наверное. Вода уже успела остыть, а тело расслабиться настолько, что сил вставать не было. Но Кузя, который терпеливо ждал у двери, начал поскуливать, и я поняла — пора на боковую.

Вылезла, вытерлась огромным махровым полотенцем, накинула чистую ночную рубашку и вышла в комнату. Едва голова моя коснулась подушки, я уснула. Сон был сладким, но выспаться не удалось.

Едва рассвело, Анжелика принялась меня будить.

— Вставайте, вставайте, госпожа Бурная! — увещевала служанка, тряся меня за плечо. — Та его высочество, он очень хочет… хочет вас видеть. Срочно!