Я действительно чувствовала себя одновременно выжатой, как лимон, и абсолютно счастливой.
Мы действительно это сделали. Узловая точка пройдена. Мир будет жить. И он будет прекрасен.
Больше никакого прошлого-будущего. Все будущее — только впереди. И оно тоже прекрасно.
— О, — Ратко как-то сник. — Простите, я не подумал.
— Кэр Ратко, — я остановилась, одновременно поворачиваясь к собеседнику, и ему пришлось сделать то же самое. — Мне показалось или вы сейчас планировали пригласить меня на свидание?
Я смотрела на него и сравнивала. С тех пор, как мы познакомились, Ратко, пожалуй, несколько раздался в плечах. И, кажется, даже еще слегка вырос. Или он всегда таким был? Давно уже не мальчишка — привлекательный молодой мужчина. И не студент — сейчас он всемирно известный ученый, мечта множества девушек, пишущих ему восторженные письма и вырезающих его снимки из газет.
А вот волосы ерошит все так же забавно — и они встают вокруг головы нелепым и милым одуванчиком.
И еще краснеет так же стремительно и удушливо.
— Простите, кэри Петра.
— За что же?
Он тяжко вздохнул, будто тяготясь необходимостью объяснять такие простые вещи.
— Вы знаете, как я к вам отношусь. И если вы не отвечаете, мне не следует вас беспокоить.
— Вы полагаете?
— Думаю, когда вы будете готовы, вы дадите мне это понять, — а вот это прозвучало неожиданно уверенно. Как будто моя готовность — только вопрос времени.
Вспомнилось неожиданно, как давным-давно Ратко говорил о том, что мы оба станем большими учеными — и будем вместе ездить с лекциями по всему миру.
Интересно, когда он это запланировал?
А все прочее, что он делал, — тоже было в рамках плана?
…Прикрывал меня собой от обломков и светил мне огоньком, чтобы мне не было страшно лежать под завалами рухнувшей лаборатории.
…Приносил мне печенье в больничную палату и смешил, рассказывая истории.
…Провожал, чтобы со мной ничего больше не случилось.
…Без раздумий бросился за мной в подвал чужого дома, где могло ждать что угодно.
…Просто поддерживал и заботился — во всем. Каждый день.
Я невольно усмехнулась. Планирование — это у нас про Томека. А Ратко… Ратко доверяет миру. И себе.
И мне тоже, кажется. Пожалуй, мне давно бы стоило поучиться у него этому доверию.
Доверять — уже почти не страшно. По крайней мере, когда точно знаешь, что именно этот человек никогда не будет на тебя давить.
— Знаете, я ничего не имею против свидания, — произнести это оказалось неожиданно легко. А у Ратко, кажется, перехватило дыхание. — Только все же не сегодня. Сегодня я и в самом деле смертельно устала. И еще для свидания, кажется, полагается надевать красивое платье и… что-то еще там нужно. Я спрошу у Диты. Она наверняка знает.