Пожалуй, лучше даже вовсе выключить свет в кабинете, чтобы не дразнить. А почитать можно и в спальне — лежа в постели.
Предок Матеуш пытался вывести закономерности во влияниях, которые может оказать на будущее тот, кто вернулся в прошлое. Вот эти-то закономерности и интересовали меня больше всего — я как ученый привыкла систематизировать информацию и опираться на законы и формулы, незыблемые и неизменные.
…Увы, похоже, главный вывод, который сделал Матеуш, заключался в том, что закономерностей нет. Потому что будущее изменяется с каждым твоим поступком — даже, казалось бы, самым незначительным. Даже если ты знал человека в будущем — невозможно предсказать, как он поведет себя в новых обстоятельствах в прошлом. И это буквально сводило с ума.
А чем длиннее срок возвращения, тем шире веер вероятностей. Как же, будь оно все проклято, этот веер мог схлопнуться заново в ту же точку в моей второй жизни⁈
* * *
Так я и проснулась — лежа в постели в ночной рубашке, но уткнувшись носом в очередную тетрадь. Хорошо, что хотя бы переоделась ко сну…
Сегодня мне предстояло провести всего две лекции, и обе — во второй половине дня. Предполагалось, что свободное время я потрачу на работу над своим исследованием. Список источников и направление работы согласованы, университетская библиотека и любая из лабораторий — в моем распоряжении… но слишком спешить я не видела смысла. Все свои расчеты я могу воспроизвести по памяти, опыты — повторить хоть с закрытыми глазами, источники — найти на полках даже на ощупь. Эту дорогу я себе уже проторила, но прежде чем идти по ней, стоит понять, где именно она свернет в бездну.
Размышляя обо всем этом, я неспешно одевалась. Надо же… ведь и от сложного многослойного костюма успела изрядно отвыкнуть заново.
Решение о том, что делать теперь, родилось как-то само собой — уже за завтраком в кафе на первом этаже.
Я действительно не могу рассчитать вероятности нового будущего. Но что если попытаться расследовать будущее прошедшее?
Исходная точка — прямо сейчас. От нее ведут две разные линии событий, которые в итоге снова сошлись в одной точке. Но ключевые действующие лица в этих линиях — разные. Я и разноглазый мастер по имени Дорин Сабо, руководивший министерским проектом во второй версии. Должно быть связующее звено, которое и схлопнуло «веер» в одну точку. Мы с ним изначально существуем практически в разных мирах. Но нас что-то должно объединять, чтобы привести к тому самому финалу. Или кто-то. В случайности такого масштаба я не верю. А вот если кто-то использовал нас в каких-то своих целях, то… нужно найти этого «кого-то».