Советоваться с научным руководителем Ратко благоразумно не стал. Потому что тот наверняка запретил бы без миллиона предварительных проверок и подготовительных мероприятий. И вообще предаваться греху подпольного экспериментаторства студент предпочел без лишнего шума… ну, он надеялся обойтись без лишнего шума. Просто пошел на свою обычную отработку провинности в зверинце и вместо чистки загонов прокрался к будущей жертве своего неуемного научного любопытства.
В целом я бы сказала, что сделал Ратко все правильно: он использовал схемы и плетения, которые применяют в медицинской магии для истощенных магов, чтобы восстановить резерв в кратчайшие сроки. Просто максимально растянул схему и накинул на коня…
Точнее, он думал, что только на коня.
Как выяснилось, факультет анималистики, заключив договор с ипподромом и владельцем Белого Ветра об «аренде» чемпиона для научных исследований, был вынужден также согласиться на допуск на территорию зверинца для чемпионского жокея. Лошади скаковой породы — действительно особенные, и мало кого признают и подпускают к себе. Жокей обычно закрепляется за тем или иным животным, и никого постороннего на своей спине такой конь попросту не потерпит. И оставлять такое животное без регулярных тренировок тоже нельзя. Словом, пришлось договариваться о том, что жокей Белого Ветра будет его навещать и заниматься с ним.
И в тот самый момент, когда к стойлу со скаковым конем приближался движимый порочной научной страстью анималист, в этом же стойле общался со своим питомцем жокей. Как все жокеи — крохотного роста, хрупкий и жилистый. В целом, неудивительно, что долговязый Ратко не заметил его. Возможно, в тот роковой момент профессиональный наездник зачем-то пригнулся. Или его попросту загораживала массивная туша коня… или просто мой лаборант не слишком обращал внимание на что-либо вокруг, захваченный своей высокой целью.
Так или иначе, когда он кинул свои восстановительно-медицинские чары с максимальным зарядом, на какой был способен, накрыло ими не только коня. И жокею, пожалуй, крупно повезло, что основной удар принял на себя все-таки конь. Потому что, в отличие от Белого Ветра, жокей не был ни магическим животным, ни магом, и к усваиванию магической подпитки способен, соответственно, тоже не был.
…В первое мгновение Ратко показалось, что эксперимент его увенчался невиданным, но неожиданным результатом: конь вдруг заорал человеческим голосом. Причем орал он отчетливо нецензурное.
А потом, не дав экспериментатору времени впечатлиться поразительным успехом, из-за крупа коня выбрался, собственно, отчаянно матерящийся жокей со стоящими дыбом волосами. Сам жокей тоже в целом стоял дыбом, а одежда на нем потрескивала от магических разрядов. Конь, подумав пару секунд, тоже встал дыбом и одним небрежным взмахом копыт смахнул недавно восстановленное ограждение своего стойла.