Девице повезло: она набрела на капище, в центре которого возвышалась фигура Мораны. Деревянный идол богини был изящен, высечен с трепетной тщательностью. Заряна могла различить каждый палец на руках изваяния, каждую прядь волос, каждый завиток венца. У подножия стояла ритуальная чаша для пожертвований. Девице нечем было бы отблагодарить Морану, обратись она к ней, но выбора не было. Оставалось уповать на то, что боги всегда были более милостивы к ворожеям, нежели к обычным людям. Глядя в неподвижные глаза идола, Заряна опустилась на колени, а затем склонила голову.
– Морана-матушка, царица холода, владычица снегов и льдов, – прошептала она, стараясь не нарушать покой леса. – Взываю к тебе! Обруби путы, что ведут ратников по моему следу, даруй мне спасение от преследователей. Мне нечем отблагодарить тебя сейчас, но клянусь принести дар, когда придёт время. Моя кровь – в залог тебе.
Заряна подняла с земли камень с острой гранью и рассекла себе ладонь, стиснув зубы от резкой боли. Капля крови набухла на коже и медленно расползлась алым узором. Девица сжала ладонь и занесла руку над ритуальной чашей. Багровая струйка поползла вниз, и лишь когда капля сорвалась и ударилась о дно сосуда, Заряна осмелилась вновь взглянуть на богиню. Та оставалась молчаливой и надменной.
– Морана-матушка, – повторила девица. – Я скрепила обещание кровью. Молю, помоги мне, и подношение моё будет достойным.
Заряна поднялась с колен и отступила назад, с мольбой взирая на богиню в ожидании её ответа. Жаркое лето – не время власти Мораны, но умолять больше было некого. От волнения она до крови кусала губы, позабыв о боли от свежей раны. Лик богини оставался суровым и безучастным, его холод не могло растопить даже палящее солнце. Яркие лучи сдались и соскользнули со статуи, уступив место подвижной тени проплывающих облаков.
Заряна подняла глаза: с рассвета небо было чистым, но сейчас над лесом медленно собирались тяжёлые низкие тучи. Они набухали, сизыми брюхами заслоняя полуденную синеву. Первая дождевая капля – крупная, как горькая слеза – упала на щёку. Не успела девица поморщиться и отвернуться, как вторая капля коснулась губ, а за ней – третья. Заряна отступила под мощные кроны дерева и уловила на устах Мораны мимолётную улыбку. Она моргнула, и лик богини вновь стал сухим и неблагосклонным. Показалось?
За какие-то доли лучины дождь переродился в яростный ливень с градом. Круглые ледяные горошины барабанили по земле, смешиваясь с потоками воды. Зима – стихия Мораны. Поняв, что именно так богиня откликнулась на зов, Заряна глубоко поклонилась ей и кинулась прочь с капища. Гроза бушевала, сметая следы, заполняя тропы бурными ручьями, делая лес непроходимым. Но природа буйствовала лишь позади беглянки, над примыкающими к княжескому двору землями. Впереди же небо снова сияло голубизной, и наряд Заряны остался почти сухим, а дорога – лёгкой. Морана непогодой остановила преследователей, запутала след и выкроила для девицы время, чтоб та смогла скрыться вдалеке.