– Что ж, теперь сама, – тихо проворила Бажена и, поманив за собой Любаву, ушла в тень избы.

Юная ворожея осталась одна во тьме ночи. Поднявшись с земли, она медленно развязала пояс на шубке, распахнула её, потянула за завязки на рубахе. Мороз щипал оголённую кожу, но она раздевалась, не дрогнув перед ознобом. Вскоре вся одежда лежала на снегу, а босые ноги ступили на расчищенную землю.

Заряна начала ритуальный танец. Она плавно двигалась, невзирая на сковывающий тело хлад. Она зажмуривалась и представляла, что её ласкает не вьюга, а костёр – оба обжигали кожу, от обоих хотелось отстраниться, но некуда. Чаровской пламень перетекал по жилам, разлетаясь искрами от кончиков пальцев, со стоп. Через ступни, разогретые словно от углей, он просачивался в землю и напитывал её жизнью вместе с кровью, покуда почва не стала мягкой и плодородной, будто по весне. Колдовство нагревало её, точно солнце. Заряна продолжала танцевать, делясь пробуждённым от чар теплом. Обнажённое тело ловило сияние луны. Девица плескалась в нём, как в речных водах, пока облака не занавесили небо. Тогда она, выбившись из сил, рухнула в сугроб. Лёгкий дымок смешался со снежинками и вознёсся ввысь.

Заряна позволила себе отдохнуть. Она глубоко дышала, пока не выправила дыхание, а после бросилась к шубе. Но не ради того, чтобы одеться – в мешочке, подвязанном к изнанке, её ждала омела. Пока земля хранила остатки тепла, девица вырыла ямку и погрузила туда веточку берёзы, а поверх неё – белые ягоды. Омела не растёт в земле, она живёт на других растениях. Потому Заряне предстояло взрастить небольшую берёзку, на чьей коре и поднимется вскорости омела.

– Во тьме земли ты жизнь яви, – прошептала девица, подняв взгляд к луне. Иначе зимой невозможно ничего вырастить. Летом растениям нужно солнце, а в холодную пору – сияние ночного светила и помощь колдовства.

Три ночи будет расти берёзка с омелой. Она взрастает только во тьме, благо, что зимний день короток. Заряна быстро зарыла ягоды и окропила землю остатками крови – вместо воды или летнего дождя. Осмотрев свою работу, она оделась и поспешила в избу отогреться. Горячий отвар мгновенно сморил её до самого рассвета.

Поутру, не умывшись и не одевшись, девица первым делом побежала во двор. Вместо горстки земли она отыскала пробивающийся росток. Улыбка тронула губы. Впервые ей покорилось столь сложное колдовство, она и не думала, что ей правду удастся вырастить что-либо зимой, даже с помощью сил Бажены. Старица вышла следом. Она хоть и не препятствовала молодой ученице, качала головой. Но Заряна не обратила внимания на её молчаливое неодобрение. За прошедшую ночь снег припорошил землю, потому ей снова пришлось расчищать место, где росла омела. Она обнесла его дощечками и оставила до следующего утра.