Я отталкиваю ее и встаю. Она вскакивает на ноги, глядя на меня в полном замешательстве, словно гадая, что сделала не так.
Она сделала всё, блять, не так.
Я хватаю проволоку и вылетаю на солнце. Начинаю с рывками оборачивать ее вокруг ограждения. Я даже косячу и режу себе палец.
— Позволь мне помочь, — маленькие ладони накрывают мои, и она забирает часть проволоки.
— Я сам, — я пытаюсь вырвать ее из ее рук, но она отворачивается, вычеркивая меня из поля зрения.
— Я сказала, что помогу, — она плетется на другую сторону деревянного забора и оборачивает проволоку вокруг него, игнорируя дрожь в руках.
Невероятно упрямая женщина. Она всегда делает то, что вбила себе в голову.
Мы продолжаем работать в тишине в течение часа. Я режу проволоку, а она оборачивает ее вокруг забора. Я слежу за признаками ломки, но пока заметна только дрожь. Тремор усилился. Ей нужно будет это переспать.
— Как ты думаешь, тот, кто дал Аиду наводку на Неро, рассказал ему всё о нас? — до меня доносится ее тихий голос, но она не поднимает глаз от проволоки.
— Неро мертв.
— А что, если нет? — ее голос становится тише, и я замечаю в нем легкую дрожь. — Что, если он вернулся за нами?
— Тогда я убью его еще раз, — на этот раз по-настоящему.
— А что, если… — она замолкает, а затем плотно сжимает губы.
Я бросаю на нее вопросительный взгляд.
— Ничего, — она возвращается к созерцанию проволоки.
У меня возникает искушение встряхнуть ее, чтобы она сказала то, что хотела, но я сохраняю безопасную тишину.
Мы продолжаем работать молча. Мое молчание привычно, я никогда не был болтливым, но ее - нет. За эти годы она перестала быть болтливой девочкой и стала замкнутой, бессердечной «ледяной королевой», как ее называют в «Le Salon». Та девочка, которая высказывала всё, что у нее на уме, давно исчезла.
— Почему ты используешь только правую руку? Ты даже держишь… — она замолкает, и ее голова резко поворачивается в мою сторону. — Ты потерял полный контроль над левой рукой?
Мои челюсти сжимаются. Я вне игры уже несколько месяцев, и она единственная, кто это заметил. Будем надеяться, что я не был настолько неосторожен, чтобы показать это кому-то, кто может использовать это против меня.
Она может использовать это против тебя. Она выстрелила тебе в спину, помнишь?
Я продолжаю быстро резать проволоку.
— Ястреб? — ее голос балансирует на грани паники. — Это всё из-за Аида, да? Это случилось во время пыток.
Если она уже знает ответ, зачем спрашивает?
Она дергает меня за руку, заставляя повернуться к ней.
— Это твоя, блять, ведущая рука!
— Я, черт возьми, знаю это! — огрызаюсь я.