Раздался оглушительный грохот, и дирижабль слегка тряхнуло.
– Квадраты четыре и пять, – отрывисто приказал лорд Эдвард, упершись руками в стол. – Увеличьте масштаб в десять раз!
Маги немедленно исполнили волю правителя, но это не помогло разглядеть хоть что-то: в воздухе покрывалом висела плотная пелена.
А рассветное небо было полно огня!
Когда пламя и дым наконец рассеялись, лорд Эдвард и остальные с удивлением обнаружили, что никаких видимых разрушений нет. Однако участок города, подвергшийся атаке, выглядел неживым, будто замер в неостановимом течении времени. Казалось, жители покинули его, уйдя по каким-то срочным делам: на улицах не было ни одного живого существа.
Безлюдно, тихо и чисто. Ни следа грязи и крови, ни единого тела оборотня или человека – все они будто исчезли.
Правитель был впечатлен и даже слегка обескуражен. Что же это получается: новые бомбы Мелтона, разрываясь, дают мощный объемный взрыв и, судя по всему, продуцируют некие волны, которые испаряют живую материю. Приятно удивило то, что здания и сооружения при этом остаются в сохранности. Помимо высокой боевой эффективности таких боеприпасов, они очень выгодны экономически, ведь после войны не придется тратить дополнительные средства на реконструкцию.
– Невероятно! – Лорд Эдвард не скрывал восхищения. – Это подлинное оружие будущего. Мелтон поднял науку на уровень магии!
Говоря это, правитель был не вполне честен и даже немного лукавил. На самом деле, человеческая магия всегда неотступно следовала за наукой, копируя ее передовые достижения при помощи энергии минералов. Маги не создавали ничего принципиально нового – лишь воссоздавали уже существующее. Возможно, в более грандиозном масштабе или усовершенствованном варианте, но только копировали.
Вот и теперь, когда профессор Мелтон изобрел новое оружие, избирательно поражающее органику, лорд Эдвард получил возможность сделать то же самое, используя законы и принципы, обнаруженные гениальным ученым.
Однако в кажущемся простым вопросе были свои сложности. Моделирование реальности в условиях когнитивного мира требовало абсолютного понимания процесса. Только тогда им могли управлять, воссоздавать с высоким, математическим уровнем точности.
Правда, существовали минералы, которые работали с более тонкими материями. Они давали некий вероятностный, непредсказуемый результат, произвольно комбинируя последовательности случайностей. К примеру, с их помощью увеличивались общие шансы победить в войне или прожить долгую счастливую жизнь – шансы, соотношение которых невозможно просчитать, ибо речь идет о весьма условных, субъективных понятиях.