Первый поцелуй был сухим и почти неуверенным — странно для человека, который никогда ни в чём не сомневался. Его губы оказались жёстче, чем я представляла. Он целовал так, будто спрашивал разрешения. Я ответила — и тогда он прижал меня к столу, сгрёб бумаги на пол одним движением, и всё остальное перестало существовать.

Утром он достал из ящика стола ключи. Протянул на раскрытой ладони:

— Будь рядом. Всегда.

Я взяла. Ключи были тёплыми от его руки. Я сжала их в кулаке и почувствовала, как металл врезается в кожу. Так началась наша жизнь. Не ассистента и начальника. Мужчины и женщины, которые прятались от всех. Даже от самих себя.

Сейчас я стояла на кухне с кружкой растворимого кофе и смотрела, как дождь заливает газон, превращая траву в жидкую кашу. Ключи всё ещё лежали в моей сумке — в боковом кармане, на самом дне, под ворохом чеков и старых визиток. Я не доставала их уже несколько месяцев, но знала, что они там. Металл, казалось, сохранял тепло его рук.

— Эмма? — голос из спальни был хриплым со сна.

Я вздрогнула, пролив пару капель на стойку.

— Да. Кофе готов.

— Иди сюда.

Я поставила кружку, вытерла стойку рукавом халата и пошла. Глеб сидел на кровати, свесив босые ноги на пол. Волосы всклокочены, на щеке — красный след от подушки. Часы отца уже на руке — дорогая ему вещь. Я села рядом. Он обнял меня за плечи, притянул к себе, и на секунду я почувствовала себя в безопасности.

— С днём рождения, — сказал он и поцеловал висок. Сухо. Коротко. Словно отметил галочку в списке дел.

Я зажмурилась, заставляя себя поверить в тепло.

— Спасибо.

— Сегодня три совещания и вечерний звонок с японцами, — продолжил он, уже глядя в телефон. — Но я постараюсь освободиться пораньше. Сходим куда-нибудь. Отметим. На этот раз точно.

Я открыла глаза. Он листал почту, хмурясь на строчки. Я положила ладонь ему на грудь — туда, где под ключицей бился пульс.

— Глеб, я хотела поговорить.

Он не отрывался от экрана.

— О чём?

— О нас.

Он замер. Отложил телефон — на пару секунд. Посмотрел на меня. В серых глазах мелькнуло что-то — тень, вопрос, догадка. Но он моргнул, и тень исчезла, поглощённая привычным напряжением.

— Давай вечером, ладно? У меня встреча с налоговой в девять. Ты подготовила папку?

— Да.

— А по японцам?

— Тоже.

— Умница, — он встал, натягивая халат. — Свяжись с юристами, пусть пришлют финальную версию договора. Проверь счёт за вертолёт. Закажи ужин в на восемь — на четверых, с японцами. И цветы для их переводчицы — она в прошлый раз намекнула, что любит лилии. И напомни Лене разобрать почту за прошлую неделю, у меня там висит непрочитанное от поставщика.