Она прочла еще раз и вернула листок брату.
— Я еду во дворец, нельзя иметь это при себе. Но у меня прекрасная память на поэзию.
* * *
Леди Магда Лабелин убедилась на собственном опыте: новичкам везет. Во-первых, на поле брани. В жизни она не сунула носа в военные дела, но вот попробовала — и сразу успех! Во-вторых, в отношениях с мужчинами. Никогда не пыталась их наладить, заведомо ожидая провала. Мужчины хотят дурочек-скромниц-красавиц, а от нее воротят носы. Потому и взять с них нечего, кроме постели. Свой будущий брак юная Магда представляла таким образом: лорд-муж, мускулистый болван, хорошенько ублажает ее ночью, а утром берет меч и куда-нибудь исчезает. Теперь, обзаведясь супругом, она поняла свои ошибки. Оказалось, с мужчиной можно поладить, если следовать двум секретам: не называй его говнюком и не заставляй спать с тобой.
Леди Магда навещала Адриана каждый вечер. Перед сном, переодевшись в халат, он любил выпить чашечку чаю, сделать несколько распоряжений на утро и развлечься приятною беседой. Магда служила для поддержания последней. Она выслушивала супруга, давала комментарии, не лишенные остроумия, и воздерживалась от своих фамильных эпитетов. А главное: стоило беседе окончиться, она желала доброй ночи и уходила.
Адриан добрел с каждым днем. Он посвятил жену во многие дела, перестал делать колкие намеки, позволил и дальше управлять казною. На людях он все деликатней обходился с женой, даже придворные отмечали, как тает лед между их величествами. А в один прекрасный день он рассказал о своих усилиях по наполнению бюджета. Адриан лично объехал налоговые инстанции Фаунтерры, оставил образцы новой печати и собрал копии учетных книг. Это давало возможности собрать налоги в столице — пусть не по всей Короне, но уже что-то.
Тем вечером Магда с особой радостью готовилась оградить мужа от любовных утех. Столь явные старания супруга заслуживают награды. Но неприятная болезнь свалила ее в койку. Магда не могла сказать Адраину «доброй ночи», поскольку не дошла до него.
И, о диво, он явился сам!
— Миледи, вы заставили меня грустить.
— Да я и сама грущу, но просто не могу подняться.
Он поинтересовался ее самочувствием. Магда постеснялась честно назвать диагноз:
— Ах, у меня такая мигрень…
Владыка признал: мигрень — дело серьезное, у владычицы Ингрид она случалась, и было не до шуток. Он пришлет супруге лекаря и вкусного чаю, а утром вновь зайдет проведать.
— Вы пришли ради наших бесед?
— Да, мне их не хватало. Но коль вам нездоровится…
— Нет же, я хочу поговорить! Беседа развлечет меня, поможет унять… головную боль.