Из леса выныривают черные плащи. Они не орут, в отличье от медведей, не гремят щитами. Возникают, рождаясь из черноты, и молча бросаются в атаку. Проскакивают сквозь дыры в стене фургонов, зажигают искры мечей.
— К бою! Сомкнуть щиты!..
Это кричит Лахт Мис, и закатники исполняют, но слишком медленно. В сравнении с кайрами они вялы, как сонные мухи. Тени появляются тут и там. Влетают между закатников. Буквально протекают сквозь строй.
— Мартин, за мной! — кричит Джоакин и мчится назад, к телеге с клеткой.
Хватается за прутья, чтоб залезть. Внезапным движением Иона втыкает в его руку огрызок кости. Пальцы разжимаются, Джо падает с телеги. Лежит на спине, в голове гудит. Опрокинутое небо с луной, перевернутые деревья в красных бликах. Перкинс ведет огонь Перстом Вильгельма. Перевернутые фургоны с фигурками солдат. Черные тени. Льются сюда, внутрь лагеря. Тьма!
Джоакин перекатывается на живот, наводит Перст. Один из кайров на бегу вскидывает арбалет, звенит тетива, болт режет землю у самого носа. Кайры все ближе, мечи полыхают в руках. Не успеть ничего: ни встать, ни пострелять. Три вдоха — и они тут. Джоакин катится вбок, назад, под телегу. Вонзается в дерево болт, ломает спицу в колесе. Джо ползет, как змея. Пролазит под осью, дальше, вглубь, к середине днища. Слышит топот. Кайры бегут к телеге.
Выпростав руку, он ложится на живот и мечет плеть. Одну, вторую, третью. По ногам — ничего кроме ног он не видит. Вражеские кости хрустят, падают тела, крики боли разрывают воздух. Другие приседают, бьют из арбалетов в просвет под телегой. Джоакин зарывается в землю, вминается в колею. Над головой жужжит.
— Факела! Выкурить его!
Мерзкий северный говор, будь проклята Агата. Кайры хватают поленья из ближайшего костра, мечут прямо в Джоакина. Он катится в сторону, замечает арбалет, ныряет лицом в грязь. Истошный крик заставляет взглянуть: арбалетчик превратился в факел.
— Смерть вам, хе-хе!
Мартин мечет огонь с крыши над клеткой. Успел-таки залезть, молодец! Кайры тушуются под обстрелом, прячутся за шатры. Мартин бьет по палаткам, зажигая их, как свечи.
Джо привстает на локтях, чтобы тоже открыть огонь — и спину обжигает болью. Болт вспахивает борозду между лопаток. Откуда, как?.. Перекатившись, он смотрит назад и холодеет от страха. Кайры подходят к телеге со всех сторон, обжимают черным кольцом. Значит, оборона пробита всюду! Ни Перкинс, ни Голд, ни Лахт Мис — никто не устоял⁈
Он слышит клич: «Ради Павшей!». Закатники атакуют кайров — последняя попытка. Как и прежде, Джоакин видит только ноги. Они пляшут под звон железа. Дзинь — дзинь — шаг вперед. Дзинь — дзинь — шаг вбок. Когда воин гибнет, ноги замирают на миг, затем подгибаются, роняя наземь тело. Тогда Джоакин видит, кто умер. Закатник. Закатник. Еще закатник.