Прислонив автомат к стене, я склонился над Ваней, который попросту сполз по стене на пол:

— Ты как, дружище?

— Твоими молитвами, командир… — едва слышно произнёс Чумаков. — Не переживай ты так… Мне бы пяток минут… дух перевести… и я опять буду готов уродцев крошить…

— Отдыхай, Вань, еще повоюем! — приободрил я напарника, котрый после моих слов закрыл глаза

Воздух был спёртым и пах пылью, старой копотью и еще чем-то кислым и лекарственным. В углу валялись пустые пробирки и битая стеклянная посуда. На столе, рядом с перевёрнутым штативом, лежал потрёпанный лабораторный журнал. Мой взгляд упал на несколько строчек, обведённых красным карандашом: «Versuchspersonen Gruppe D… unvorhergesehene psychische Kontamination… Abbruch des Experiments… Sicherheitsprotokoll Sigma-7…»

[Испытуемые группы D… Непредвиденное психическое заражение… Прекращение эксперимента… Протокол безопасности Сигма-7…]

У меня вдруг дыхание перехватило, когда я бросил магический взгляд в дальний угол, куда не доставал свет от моего светляка. Там, в луже тёмной, почти чёрной жидкости, сидела фигура. Не та, что преследовала нас, а другая. Она была облачена в чёрный мундир оберштурмбаннфюрера СС, изорванный в клочья.

Сквозь прорехи в одежде виднелась неестественно бледная, покрытая чёрными прожилками кожа. Офицер сидел, поджав под себя ноги, и когда я обратил на него свой взгляд, принялся монотонно, с натуральным упорством маньяка, стучать лбом о бетонную стену. Тупой, мерзкий звук заполнил комнату. Тук. Тук. Тук.

Он ещё что-то невнятно бормотал, чередуя свой горловой хрип и звук ударов. Я замер, прислушиваясь, и одновременно формируя ударный конструкт. Воздушный таран. Если эта тварь кинется на нас — я размозжу её в сопли одним ударом.

— Das Ziel heiligt die Mittel…[Цель оправдывает средства…] — сипел он, и с каждым ударом его головы о стену из раздробленного лба сочилась та самая маслянистая, чёрная слизь. — Wir schaffen den neuen Menschen…[Мы создаём нового человека…]

Он медленно, с противным хрустом, повернул голову в нашу сторону. Его глаза были не пусты, как у того учёного, что ползал в коридоре. В них горел огонь фанатичной преданности тому безумию, что теперь владело его разумом.

— Sie sind hier… um zu helfen…[Вы здесь… чтобы помочь…] — просипел он, и его синие губы растянулись в широкой, нечеловеческой улыбке.

Царапанье когтей снаружи неожиданно прекратилось. Воцарилась тишина, куда более зловещая, чем прежний шум. Твари перестали штурмовать дверь. Они ждали. Ждали, когда их «командир» заставит нас присоединиться к этому безумию, стать его частью. Или убьёт нас самих и обглодает наши кости.