— Ладно, верю.

Сестра помолчала. Потом уточнила:

— Подожди. Ты сказал — Дарен хотел привязать шакала, но у него не вышло. Он что, не успел вернуться?

— Не успел. Он растратил всё время, пока гонялся за мной по каньонам. Наёмники бросили его в пустошах. У него вывихнуто плечо.

Кара уставилась на меня.

— Срок точно вышел?! Он и вправду Пустой?!

— Должен был стать. Но даже если успеет и добежит до гривошипа... Чуть позже расскажу. Есть у меня план, как подстраховаться и довести всё до конца.

Кара откинулась к стене и медленно выдохнула.

— Мать честная, Рик. Из-за тебя Дарен стал Пустым. Клановый наследник Жала! А ведь он обещал сделать это с тобой. — Она посмотрела на меня и покачала головой. — Ты его уничтожил.

— Он сам себя уничтожил. Я просто не мешал.

— Не мешал, — Кара хмыкнула. — Ты специально водил его кругами. Это называется «не мешал»?

Я пожал плечами. Она смотрела на меня со смешанным выражением, в котором смешались гордость, тревога и уважение, которое она обычно прятала за грубостью.

— Чёрт... — прошептала она одними губами. — Рик, ты понимаешь, что ты наделал?! Они же нас вырежут! Как только Дарен вернётся и расскажет...

— Выдыхай, Кара, и включай голову, — я оборвал её панику. — Никто нас не вырежет. Мы чисты.

— Чисты?! Ты лишил клан наследника!

— Я его пальцем не тронул, — сел напротив неё, глядя прямо в глаза. — Думай не как жертва. Что Дарен скажет? «Я тайно нанял головорезов, попёрся в пустоши за подсобником из Ямы, чтобы украсть его мусорного шакала, но подсобник кинул в нас что-то, и я обосрался»?

Она моргнула, её дыхание немного выровнялось.

— Дарен — гордый, избалованный ублюдок, — продолжил я чеканить слова. — Признаться в таком позоре страшнее смерти. Для него был готов зверь, а он решил рискнуть. Всё под контролем.

— Ты страшный человек, Рик, — тихо сказала Кара. — Радуюсь, что ты мой брат. Ты так изменился.

Нойс сидел на своём тюфяке и держал на коленях какой-то справочник о землях архипелага. Он смотрел на нас. На то, как Кара обнимала меня, и как слушала, как откидывалась к стене и переживала, как говорила обо мне с теплотой в голосе. Между нами работала та связь людей, которые без вопросов встанут друг за друга.

Мальчишка молчал, но я заметил, как на его худом лице быстро мелькнула что-то тёплое — тень выражения, которое парнишка из мёртвого клана давно разучился показывать.

Он видел семью.

Кара перехватила мой взгляд на Нойса и сказала тихо:

— Он просто ест, спит и читает. Пробовала заговорить — кивает и отворачивается.

— Не жалей его, — громко, так, чтобы он слышал, ответил я. — И не дави разговорами. Слова ему сейчас не нужны. Нужны рутина и безопасность. Когда его мозг убедится, что завтра будет таким же, как сегодня, и что никто не придёт забирать его — заговорит.