Ветеринар Юга. Я хмыкнул про себя. Двадцать лет в подмосковном зоопарке, диплом ветеринарного техникума, заочка при сельхозинституте — и местная система присвоила мне квалификацию, которая звучала как кличка бродячего коновала. Ветеринар Юга. Спасибо, очень лестно.

Но навык заработал сразу, без инструкций и пояснений.

В голове, мгновенно отсекая лишние эмоции, щёлкнули земные ветеринарные протоколы. Сильный ушиб, застой крови, глубокая гематома. Ткань буквально задыхалась в собственной жидкости, и, если это не остановить, начнется некроз. Мне срочно требовался согревающий компресс и жёсткий местный раздражитель. На Земле я бы просто взял камфорное масло и влепил горчичник, чтобы расширить капилляры, вытянуть мертвую кровь к поверхности и заставить лимфосистему работать на выброс.

Но камфоры в Яме не водилось. Зато в двадцати метрах отсюда находилась кормовая.

Мозг, привыкший работать в условиях вечного дефицита препаратов, мгновенно перешел в режим инвентаризации. Я закрыл глаза, мысленно проходя мимо разделочных столов, ржавых крюков и бочек с требухой. Что я видел там каждый день? Что местные коновалы использовали не по назначению?

Дрейковый жир. Субстанция с тяжелым запахом прогорклого мяса и болотной тины. У него была феноменальная проникающая способность. Он плавился (это я как-то раз уже выяснил) и уходил глубоко в поры. Идеальная база для удержания температуры.

Оставалось найти замену горчичнику. Мне нужен был агрессивный сосудорасширитель.

Память выхватила связку сухих бурых палочек на верёвке у закопченного потолка. Жгучий корень. Рубщик бездумно крошил его в кашу, чтобы стимулировать пищеварение у вялых хищников. Я вспомнил, что как-то раз случайно растер крохотную щепку этого корня пальцами. Кожа на руке горела до самого вечера, налившись багровым цветом, а глаза слезились даже в метре от разделочного стола. Мощнейший удар по нервным окончаниям.

Я четко визуализировал химическую реакцию. Дрейковый жир плюс стертый в пыль жгучий корень. Жир сработает как проводник. Он протащит этот корень прямо к мышечной фасции, и тот обожжет ткани, заставляя капилляры раскрыться до предела. Локальная лихорадка вытянет застоявшуюся кровь из гематомы наружу. Болевой спазм отпустит, и забитые каналы откроются.

Безупречный удар, собранный из помойных остатков.

Два компонента лежали совсем рядом. Целый месяц я ходил мимо них, списывая в категорию кулинарного мусора и хозяйственных отходов. Местные маги калечили зверей, пытаясь подчинить их волю, а мне достаточно было просто знать анатомию и свойства растений. Я вытер руки о штаны и быстрым шагом направился в кормовую.