— Значит, ты хочешь защитить свой дом, — произнёс Элиас, когда я закончил свой рассказ.

Он сидел напротив меня, задумчиво поглаживая подбородок.

— Это похвальное желание. И я тебя прекрасно понимаю. Когда у тебя есть то, что ты хочешь защитить, это меняет всё. Ты начинаешь смотреть на мир по-другому.

Он замолчал на несколько мгновений, будто вспоминая свое прошлое, а затем поднялся и направился к одному из дальних стеллажей, туда, где, как я знал, он хранил свои наиболее ценные и редкие книги. Я слышал, как он бормочет что-то себе под нос, перебирая корешки, и наконец, с удовлетворённым возгласом, извлёк два тома. Это были не те книги, которые он обычно давал мне для изучения. Эти выглядели гораздо старше: их переплёты, потрескавшиеся и потемневшие, были сделаны из какой-то неизвестной мне кожи (возможно, даже не с этого Осколка), а металлические уголки и застёжки покрыты тонким слоем патины, свидетельствовавшей о почтенном возрасте. Это не были одни из копий Элиаса.

— Вот, — сказал он, кладя книги на стол передо мной. — «Трактат о сложных охранных печатях и рунописи» — это труд магистра Карла Виндвера, написанный ещё триста лет назад для Королевской Академии. Здесь собраны основные принципы создания стационарных защитных формаций, от простейших сигнальных контуров до сложных многослойных барьеров. А это, — он указал на вторую книгу, которая была ещё более древней на вид, с выцветшим, едва читаемым названием, — «Основы структуры подвижных магических механизмов» авторства магистра Фабиана Торна. Это одна из первых попыток систематизировать знания о создании големов и автоматических охранных устройств.

Я с благоговением смотрел на эти книги. Они были тяжелыми, и от них исходил слабый, но отчётливый запах времени: запах старой бумаги, высохших чернил и, возможно, даже магии, которая когда-то была вплетена в их страницы. Я тут же вспомнил те статуи, которые видел в Королевской Магической Гильдии: каменные големы в саду, что стояли неподвижно, словно изваяния, но готовые в любой момент ожить, и цельнометаллические големы внутри здания — живые доспехи, пустые внутри, но способные двигаться и сражаться по команде мага. И ещё я вспомнил бронзовых жучков Элиаса, тех самых, что сидели в специальных нишах и при несанкционированном проникновении взрывались облаком синего усыпляющего газа.

— Но должен тебя предупредить, — продолжил Элиас, и его голос стал серьёзным, — эти труды очень сложны. Они написаны языком, который может показаться тебе архаичным, и оперируют понятиями, которые требуют глубокого понимания основ магической теории. Без базовых знаний в области рунописи, печатей и магической механики тебе будет трудно их понять.