— Я вернусь, — сказала она в темноту. — Я обещаю.
Она повернулась и пошла к выходу.
Наверх Вера поднималась медленно. Каждая ступень давалась с трудом, но внутри горел слабый, едва тлеющий огонёк. Знак на руке пульсировал — слабо, но настойчиво. Он напоминал: я здесь. Я жду.
Вера вышла из хранилища, прищурилась от яркого света двух солнц. Вдохнула полной грудью — воздух был свежим, пах цветами и травой. Совсем не так, как внизу.
Она посмотрела на свою руку. Фиолетовая ниточка едва виднелась на запястье, но теперь Вера знала — он там. Он ждал.
— Я вернусь, — прошептала она. — Я обязательно вернусь.
А затем она пошла обратно в лагерь, к Риану. Внутри все еще было пусто, но теперь в этой пустоте тлел огонёк. Маленький, слабый, но живой.
Глава 21. Прощание
Вера вернулась в жилище Риана уже затемно.
Два солнца давно сели, и только звёзды освещали тропинку — фиолетовые, низкие, почти касающиеся горизонта. Она шла медленно, всё ещё чувствуя на запястье слабую пульсацию знака. Он не звал, не требовал — просто напоминал: я здесь. Я жду.
Риан сидел на пороге, подперев голову руками. Увидев Веру, он вскочил и шагнул навстречу.
— Ты где была? — спросил он, в его голосе была тревога. — Я волновался. День уже кончился, а тебя нет...
— Гуляла, — ответила Вера. — Просто гуляла.
Он посмотрел на неё долгим взглядом. В свете звёзд его зелёные глаза казались почти чёрными, а лицо — уставшим, постаревшим.
— Вера, что с тобой? — тихо спросил он. — Ты последнее время сама не своя.
Она молчала. Стояла перед ним, чувствуя, как пульсирует знак на руке, как бьётся сердце, как внутри назревает что-то тяжёлое, неотвратимое.
— Риан, — сказала она. — Нам нужно поговорить.
Они вошли в комнату.
Живые стены мерцали мягким голубоватым светом, светящиеся нити над ложем переливались зелёным. Всё было как всегда — аккуратно, уютно, по-домашнему. Цветы в вазе, фрукты на столике, заправленное ложе.
Вера села на край, Риан опустился рядом. Он не касался её — сидел, сцепив руки в замок, глядя в пол.
— Я не могу так больше, — сказала Вера.
Он молчал. Только пальцы побелели, сжимаясь.
— Ты хороший, Риан. Самый хороший из всех, кого я знала. — Голос её дрожал, но она продолжала. — Ты дал мне тепло, спокойствие, надёжность. То, чего, как мне казалось, я хотела.
— Но?
— Но я не могу... — она запнулась. — Я не могу быть с тобой по-настоящему. Потому что часть меня не здесь. Часть меня там, в темноте, с ним.
— С ним? — Риан поднял голову. В его глазах не было злости — только боль. — О ком ты говоришь?
Риан явно сильно сдерживался. Вера понимала:и если назовет имя, не миновать потасовки. Только вот вряд ли Риан выберется из нее живым. Как бы зол он ни был – Кейрос разделается с ним в два счета. Риан – просто ауриши. А Кейрос –нечто более серьезное, темное, страшное.