— Да, Софья Андреевна находится в стабильном состоянии. Первичный кризис уже миновал, её ждёт комплексная терапия в стационаре, потом — полгода наблюдений. Я рекомендую ей посещать психотерапевта. Есть у нас в городе хороший специалист — Берегиня. Насчёт оплаты не волнуйтесь, Афанасий Никитович рассказал её историю, для нас будет честью помочь ей бескорыстно.

— Спасибо Вам огромное, ещё раз, Парамон Ильич, — он протянул мне руку, я пожал её. — А можем мы с ней увидится, поговорить?

— Да, сейчас она прогуливается в саду. У вас есть полчаса, прежде чем её позовут на процедуры.

…

Преображенская была одета в просторно сидящий спортивный костюм оливкового цвета, к моменту нашего появления сидела на лавочке и смотрела на шарообразный куст туи.

Увидев нас, она вздрогнула всем телом, виновато опустила голову и поспешно поднялась навстречу.

— Здравствуйте, Софья Андреевна, — мягко поздоровалась Василиса.

— Здравствуйте, Василиса, Вадим. Мне так неловко за всё, что произошло… Я вела себя просто отвратительно.

— Вам совершенно не за что просить прощения, — Василиса аккуратно усадила её обратно на скамейку. — Это всё действие артефакта.

— Но я же всё помню, Василиса! В том-то и дело, что всё помню. Я должна была понимать, что творю…

— Послушайте меня, — твёрдо произнесла Василиса. — Вы находились под контролем запрещённого магического предмета. Вашей вины здесь нет, Вы не совершали никаких преступлений. За всё ответит Лев.

— Да, Вы знаете, я разговаривала вчера с этим… как его? С Воландом…

— С Варфоломеем, — тактично поправила её Василиса.

— Да, точно, с Варфоломеем. Ну, что я несу? — Преображенская слабо усмехнулась и тряхнула головой. — На Воланда он, конечно, не тянет. Так вот, он пообещал, что Льва я больше никогда не увижу. Если его не упечёт на пожизненное Инквизиция, то надолго посадит обычный суд. Так что мне больше не о чем беспокоиться. Правда, своих денег я уже не верну… Но меня это совершенно не тревожит. Я вылечусь и смогу заработать новые. И знаете почему?

— Почему? — послушно отозвался я.

— Потому что вы, молодые люди, не отвернулись и спасли меня. Я даже не знаю, как вас благодарить. Денег у меня, как вы понимаете, нет.

— Мы это делали не ради денег, — нахмурился я.

— Знаете, у меня, конечно, денег нет, но вы ведь не просто вытащили меня из этого кошмара, вы оказались по-настоящему добрыми и светлыми людьми, — произнесла Софья Андреевна, с искренней благодарностью глядя на нас. — Поэтому… хотите, я открою вам тайну? То, о чём я вообще никому не рассказывала.

Она подалась немного вперёд: