— Не веришь ты в наше правосудие, а, Василиса Александровна? — я лукаво улыбнулся. — Ты, конечно, права. Поэтому я и хочу забить им стрелку. Настоящую. Чтобы они подтянули всю братву и прихватили пушки. И теперь у тебя и полиции в целом всего два варианта. Либо наша доблестная Изольдовна возглавит операцию по разгрому этого… как он сказал? Станица Новокомсокольская? Короче, этого колхозного ОПГ, либо… я всё-таки отправлю их купаться. Не дам я им землю колдухинскую топтать.

Василиса нахмурилась.

— Но ты же не захочешь, чтобы я проливал кровь, верно? — продолжил я. — Даже такую грязную, как у этих уродов. Ты захочешь по закону? Значит, подтянешь Беккер. Мы их всех возьмём на попытке нападения на кладбище. Арест, обыски, допрос с пристрастием. В результате Изольдовне — звёздочка на погоны. Давно пора. И повышение по службе. А тебя, глядишь, и поставят на её место.

Чем дольше я говорил, тем больше у Василисы приподнимались брови.

— И эта вся многоходовочка у тебя в голове родилась, пока ты тому… гопнико-туристу… руку ломал?

— Я вообще-то в целом человек умный, — спокойно ответил я, пожимая плечами. — Почему-то многие упускают это из внимания, видят только почтальонскую куртку и красивое молодое лицо. Разумеется, я заранее просчитал последствия. С ростом капитализма в Колдухине неизбежно должна была появиться и эта плесень — организованная преступность. Только вот я никак не ожидал, что она будет такой вонючей, пыльной и приедет на заниженной «десятке» с ужасным сабвуфером. Но в целом, что-то такое предполагал. Странно только, что думал об этом только я.

— Но-но! Что за намёки, Вадим Иванович? — Василиса выставила руки в боки. — Я всех этих драконов искала, между прочим. И даже нашла.

— Давай переключимся на наших горе-гопников, — примирительно предложил я и подошёл к застывшему Пузырю. Достал из кармана почтовой спецовки рабочие перчатки и надел их. Похлопал по карманам его куртки, без труда нашёл в них СТС на машину. Прочитал.

— Ну что, гражданин Сагайдук Сергей Захарович… Теперь я знаю, откуда ты такой красивый к нам приехал в точности до номера дома.

Вернув СТС, я обыскал машину. Под сидением без всякого удивления я нашёл длинный нож и ещё один обрез. Этот был не от двустволки, а переделка из старой винтовки Мосина.

— У тебя нет ордера. Это незаконно, — машинально заметила Василиса.

— А магическое замораживание времени у нас в каком кодексе прописано? — хмыкнул я в ответ.

Я откинул затвор и, зацепив несколько прошлогодних листьев с земли, плотно утрамбовал их внутрь ствола.