— Ну, вообще мои родители — люди неплохие сами по себе, но, возможно, они могли бы быть более чуткими отцом и матерью для меня. Мне грех жаловаться, но не скажу, что я видел от них много тепла и ласки за всю свою жизнь. Мне кажется, твои отношения с матерью, с братьями и сёстрами куда более тёплые и искренние, и этому, честно говоря, можно только по-хорошему позавидовать, Мальте.
Парень слегка отвернул голову в сторону, но всё же попытался удержать взгляд, пока Карл вскрывал упаковку печенья и протягивал её ему.
Великан отрицательно мотнул головой, сделал пару неестественно глубоких вздохов, а затем просто выпустил жестянку с колой из рук — та с грохотом покатилась по полу. В один яростный, мощный прыжок он навалился на нары и мёртвой хваткой вцепился сзади в голову Карла, изо всех сил пытаясь просунуть вторую руку снизу, чтобы зафиксировать подбородок.
В то же мгновение все кровеносные сосуды Карла расширились до предела. Адреналин хлынул в кровь мощным потоком.
— Ах ты сука! — прохрипел он и на чистом инстинкте со всей силы вогнал локоть назад, прямо в каменное солнечное сплетение Мальте.
Но огромный парень не издал ни звука. С тупым упрямством он продолжал выворачивать корпус Карла на себя, в то время как его правое предплечье уже намертво легло на горло копа. Резкий, удушливый запах пота этого гиганта ударил в нос, а волосы на его руках казались жёсткими, как свиная щетина.
Карл изо всех сил задержал дыхание, до предела напрягая мышцы шеи, и в то же мгновение резко взмахнул свободной рукой, в которой всё ещё сжимал банку с колой, вслепую обрушивая её назад — раз за разом, прямо в переносицу и глаза Мальте.
Даже тогда Мальте не проронил ни звука, но хватка на шее Карла на долю секунды ослабла. И этой секунды Карлу хватило, чтобы с размаху впечатать острый край жестянки прямо ему в гортань и кадык. Эффект оказался сопоставим с тем, как если бы на открытый огонь плеснули чистый спирт — когда пары концентрируются и спустя микросекунду порождают взрыв чудовищной, непредсказуемой силы. Мальте в полном исступлении принялся молотить своими колоссальными кулаками во все стороны, куда только мог достать, пытаясь размозжить корпус и голову Карла. Это были десятки слепых, сокрушительных ударов в секунду, но Карлу всё же удалось наполовину приподняться, уперевшись одним коленом в нары, и снова несколько раз прицельно вбить жестянку в нос Мальте.
Наконец гигант тяжело повалился навзничь, полностью ослеплённый хлынувшей из рассечений кровью, которая заливала ему глаза.
— А-а-а-а-а-а-ах! — утробно завыл он, пока Карл на чистых рефлексах метнулся к раковине и сорвал висящее кухонное полотенце, щедро смочив его ледяной водой.