— Ты никогда не был неразумным, Адриано. С тобой что-то происходит?

Да. Ввязываться в разборки с доном Нью-Йорка, чтобы отвлечься от одной женщины и опрометчивого поцелуя, вполне можно счесть неразумным.

— Еще увидимся, Аджелло.

Вместо того чтобы вызывать водителя, я хочу немного подышать свежим воздухом. Ну, насколько это вообще возможно здесь. Поэтому, выйдя из кафе, я поворачиваю налево и направляюсь вниз по улице к подземному гаражу, где меня ждет лимузин.

Последние пару недель в Нью-Йорке стали одной сплошной головной болью. И не от моих обычных мигреней. Я все еще пытаюсь осознать, насколько эта поездка оказалась пустой тратой времени. Я плохо переношу неудачи любого рода. Моя запланированная встреча на ежегодном гала-вечере «Лучшие в бизнесе» с потенциальным новым партнером так и не состоялась. Тот просто не пришел. Это взбесило меня, но не так сильно, как новое сообщение от злорадного рифмоплета, пришедшее сразу после того, как я узнал, что одна из моих нефтяных платформ в Мексиканском заливе вспыхнула как спичка.

17:23 Неизвестный:

Взвесь все риски, инвестируй с умом.

Хоть блестит оно сделкой богатой,

Нефть — огонь, берегись расплаты.

Сказать, что вчера, когда я прибыл в Naos, у меня было плохое настроение — значит ничего не сказать. Затем в клуб ворвалась гребаная банда прямо в тот момент, когда я завершал сделку по устранению одного надоедливого сенатора из Массачусетса. Мой наемный убийца погиб в перестрелке, что окончательно спустило мое настроение в ад, потому что найти надежных киллеров в наше время — задача не из легких. Получить пулю самому стало лишь вишенкой на торте из дерьма.

И все же, при всем том хаосе, что творится вокруг, я не могу выкинуть из головы Малышку Айрис.

Бартоломью был прав. Дистанцироваться от моей «девочки с печеньем» было необходимо, особенно после того случая в ночном клубе. После этого поцелуя, который никогда не должен был случиться. Так что эта поездка в Нью-Йорк, какой бы катастрофической она ни была, — подарок судьбы.

В течение первой недели мне удавалось держать себя в руках и не требовать у Брамса дополнительных отчетов о деятельности Айрис и ее местонахождении. Ее регулярных ежедневных сводок было достаточно. Хотя с каждым часом функционировать становилось все труднее. Я потратил непристойное количество времени, тупо пялясь в экран ноутбука, сидя во дворе клуба при гольф-курорте, который выкупил. Я не работал. В голове стучало так, будто она сейчас взорвется. И все, что я делал — это ждал звука уведомления на телефоне. Лишь для того, чтобы прочитать жалкие несколько строк текста от начальника моей охраны. Узнать, что она делает. Как она.