Я захлопываю дверь и резко разворачиваюсь, на мгновение прислонившись к твердому дереву, чтобы успокоить сердце. Господи. Спасибо судьбе за мое чувство времени. Я знаю, члены Фамилии не особенно стесняются своих интрижек, несмотря на громкие разговоры о приличиях и святости брака, но все равно рада, что ничего не увидела. Случайно застать чьи-то тайные дела стало бы моей самой большой катастрофой за сегодня. Эти люди не любят, когда кто-то узнает их грязные секреты.

Глубоко вдохнув, я бросаюсь к двери напротив. В спешке стопка простыней в моих руках начинает шататься, и я извиваюсь из стороны в сторону, пытаясь удержать ее. Из-за этого мне приходится нажимать на ручку локтем, а дверь открывать бедром. Когда я протискиваюсь в комнату, верхняя простыня с моей стопки соскальзывает и падает на пол. Мысленно выругавшись, я приседаю, чтобы поднять ее, одновременно стараясь не уронить все остальное.

— Боюсь, вы ошиблись комнатой. — Глубокий, бархатный голос раздается где-то совсем рядом.

Я выпрямляюсь; извинение и объяснение уже готовы сорваться с губ, но слова умирают, прежде чем успеваю издать хоть звук. Вместо этого я застываю как олень в свете фар.

На фоне темного окна, в большом кресле с высокой спинкой, сидит Адриано Руффо, держа в руке стакан с янтарной жидкостью. По обе стороны от него тянутся массивные книжные полки, до отказа забитые томами в кожаных переплетах. Рядом, над комодом, витиеватое старинное бра отбрасывает теплое сияние на левую половину лица мистера Руффо. Другая сторона остается в тени. Этот свет пугает. Будто его лицо расколото надвое. Он выглядит таким напряженным, даже дьявольским. Совсем не таким Адриано Руффо, каким я привыкла его представлять.

Но как бы сильно ни завладел моим вниманием этот драматичный образ, парализует меня тело мертвой женщины у его ног.

— Прошу. — Мистер Руффо указывает стаканом на другое кресло слева от себя. — Садитесь.

Я пытаюсь сглотнуть, но горло будто превратилось в пустыню. Это далеко не первый труп, который я вижу, и вид крови не вызывает у меня дурноты, но я не могу заставить себя пошевелиться, глядя на пистолет с глушителем, небрежно лежащий рядом с мистером Руффо на приставном столике. Прямо возле бутылки Macallan и еще одного пустого стакана.

Медленно, так медленно, что кажется, будто проходит вечность, я поднимаю взгляд и встречаюсь с его глазами.

— Пожалуйста. — Его тон спокоен, даже дружелюбен, но у меня нет ни малейшего сомнения… Это приказ. С обещанием тяжелых последствий, если я не сделаю, как он говорит.