Подавшись вперед, я накрываю ладонью твердый как камень член в его брюках.

— Я хочу тебя внутри себя, мой молчаливый гость.

Его реакция следует мгновенно.

Я почти физически слышу, как с треском лопаются метафорические тормоза.

Низкий, похожий на рык звук срывается с его губ. Сильные руки подхватывают меня, приподнимая. Я ахаю и успеваю сделать вдох ровно за долю секунды до того, как моя обнаженная спина врезается в мягкую подушку дивана, а его мускулистое тело накрывает мое.

— Прости, мой маленький цветок, — шепчу я, слишком тихо, чтобы она могла расслышать, пока расстегиваю брюки. — Моему самообладанию пришел конец.

Мои пальцы дрожат, как у наркомана, когда я задираю подол ее платья до самой талии. Они никогда раньше не дрожали. Ни когда я убивал. Ни когда уничтожал.

Они трясутся сейчас, неумолимо, потому что даже притом, что мой здравый смысл практически отключился, искра осознания еще теплится, твердя, что это точка невозврата. Если я поддамся искушению сегодня ночью, все, чем я являюсь, будет разрушено. Назад дороги не будет.

Жаждущий стон срывается с губ моей жены, едва мой член касается ее лона. И я полностью теряю контроль.

Изгнан. Рассыпан в прах.

Абсолютно уничтожен.

Моя дисциплина, сила воли, мое самообладание.

Все бесследно исчезло.

То, на создание чего ушли десятилетия, было превращено в руины.

Ею.

И я никогда бы не подумал, что это поражение окажется таким сладким.

Чертова нирвана.

Мой пульсирующий член готов взорваться от одного лишь прикосновения к принимающему жару моей жены.

Я слишком, блядь, велик для нее.

Даже когда первобытный инстинкт овладевает мной, я нахожу в себе силы двигаться медленно.

Я не могу причинить ей боль.

Не стану.

Дюйм за дюймом, я продвигаюсь глубже, ведя ладонью по ее трепещущим ребрам. Она такая хрупкая. Такая нежная. Настолько меньше меня.

Она цепляется за меня, тихие всхлипы срываются с ее приоткрытых губ. Губ, которыми я никак не могу насытиться. Как бы мне хотелось видеть ее. Всю ее. Эти теплые янтарные глаза. Видеть, как она улыбается мне, пока я заполняю ее.

Я переношу большую часть своего веса на другую руку, стараясь не раздавить ее. Защищая мою маленькую Айрис. Такую, блядь, крошечную. Мою противоположность практически во всем. Прекрасную внутри и снаружи. С чистой душой. Заботливую, даже когда дело касается меня. Того грубого животного, что творит ужасные вещи. Который не ведает ни раскаяния, ни стыда, ни скорби. Который подчинил это чарующее создание своим эгоистичным планам, чтобы она вышла за меня.

Союз, которому никогда не суждено было случиться.