На долю секунды у меня промелькнула мысль, не стоит ли за этим тот рифмующий ублюдок. Говнюк затих на несколько недель, с того самого дня, как его сообщение заставило меня ворваться в квартиру тещи, а это было почти месяц назад. Но, учитывая, что его последние угрозы были сосредоточены исключительно на моей жене, верх берет более логичное объяснение. Поломка одного из моих грузовиков — конкретно того, что вез партию наркотиков ДеВиллю в Нью-Йорк, — должна быть просто поломкой. Банальной неисправностью.

Я снимаю очки и сдавливаю виски. Проклятая мигрень накатила с новой силой и за последний час стала только хуже. С тех самых пор, как до моего домашнего кабинета долетел запах свежевыпеченного печенья. Сначала он был едва уловим. Сахарно-сладкий, с отчетливой ноткой ванили. Моя малышка Айрис снова печет.

В надежде оградить себя от этого аромата, а вместе с ним и от мыслей о ней, я еще раньше плотно закрыл дверь. Но это не помогло. Я не могу перестать зацикливаться на том, что совсем скоро она переступит порог этого дома и отправится ночевать к матери. Как делает каждую субботу. А завтра утром, когда я спрошу, как прошла ее ночь у миссис Фаббри, она посмотрит мне прямо в глаза и солжет.

Господи. Должно быть, она считает меня полным идиотом. Ведь я так ей все упростил. Ни разу не спросил, почему для визитов к маме она всегда выбирает именно субботние вечера и зачем ей вообще оставаться там на всю ночь. Насколько известно Айрис, ее охрана уезжает, как только она оказывается в безопасности в маминой квартире, так что ей не нужно красться и прятаться, когда машина из Annex забирает ее и привозит обратно. Все шито-крыто, и она может спокойно тайно встречаться с мужчиной, который не является ее мужем. И что самое паршивое? Ничто из этого не делает ее менее желанной или чистой в моих глазах. Иисус, я серьезно лишился рассудка.

Даже сквозь плотно закрытую дверь этот порочный запах ванили пропитывает воздух. От него не скрыться. Он в каждом моем вдохе. Даже если бы я захотел сбежать, я не могу. Я не могу сбежать от нее.

Сладкий аромат выманивает меня из кабинета и ведет к своему источнику. На кухню. По мере приближения до меня из того же направления доносятся звуки жутковатой мелодии — чего-то, что кажется совершенно неуместным рядом с этим теплым, домашним запахом.

— О нет, — встревоженный голос Айрис раздается как раз в тот момент, когда я заворачиваю за угол. — Нет… нет… нет.

Мгновенно среагировав, я влетаю на кухню и выхватываю шеф-нож из деревянной подставки справа от себя. Еще два шага и я уже тянусь к жене, чтобы оттащить ее от кухонного острова и распахнутых настежь окон, готовый закрыть ее своим телом и встретить надвигающуюся угрозу лицом к лицу. Мои пальцы почти смыкаются на ее предплечье, когда я слышу хлопок приглушенного выстрела.