— Понятия не имею, о чем ты говоришь, — дон пожимает плечами и делает глоток из своего бокала.

— Ну-ну, конечно. — Взгляд Адриано еще раз обводит комнату, ненадолго задерживаясь на каждом мужчине. — Приведите свои дела в порядок, джентльмены, или ищите кого-то другого для перевозки вашего дерьма. На этом объявляю встречу закрытой.

Тяжелое молчание опускается на комнату. Муж притягивает меня ближе к своему боку, затем разворачивается и уводит нас, оставляя девять самых смертоносных людей в стране допивать виски в нашей библиотеке.

Как только мы подходим к парадному холлу, Адриано останавливается у стены с дипломами и наградами в рамках, на которых красуется имя Бартоломью Шоу. Он перевез их сюда из офиса покойного психиатра. Я часто застаю мужа за тем, что он молча смотрит на эту стену.

— Ты скучаешь по нему? — спрашиваю я.

— С чего бы мне скучать по этому сумасшедшему идиоту? — По его голосу я сразу понимаю, что это ложь. Он достаёт телефон из кармана.

— Все группы на позициях? — спрашивает он, как только соединение устанавливается.

— Подтверждаю, — раздается на том конце провода глубокий мужской голос. Он кажется знакомым. — Аз на крыше, прикрывает главные ворота. На всякий случай.

— Мне плевать, кто это будет, если кто-то сделает глупость или задержится дольше чем на пять минут — стреляйте.

— Понял, — звучит короткий ответ перед тем, как связь обрывается.

— Кто это был? — спрашиваю я.

— Кай Мазур. Сегодня он руководит снайперской группой, прикрывающей поместье.

Я округляю на него глаза. Это же муж Неры.

— Ты нанял снайперов?

— Да. И они оснащены первоклассными винтовками, любезно предоставленными Доном Лукой Росси.

— Господи Иисусе, Адриано. Не слишком ли это?

Муж берет мое лицо в ладони.

— Едва ли. Ничего не может быть чересчур, когда речь идет о твоей безопасности и безопасности нашей драгоценной дочери, малышка Айрис. — Он прижимается своими губами к моим.

— Нельзя стрелять в своих друзей, — бормочу я ему в губы.

— Они мне не друзья, — ворчит он, касаясь губами моей шеи.

Бонус – Папочка Адриано

Я не могу оторвать глаз от милейшего комочка, мирно дремлющего у меня на руках. Она такая крошечная.

Я не идиот. Конечно, я знал, что младенцы маленькие. Но до рождения моей дочери я никогда не держал ребенка на руках. В первый раз, когда мне передали мою драгоценную малышку, леденящий душу страх почти парализовал меня. Я очень боялся, что своими неуклюжими большими руками как-нибудь причиню ей боль. Даже сейчас, спустя почти два месяца, я все еще не могу смириться с тем, какая она маленькая. Какая красивая.