— Постарайся выглядеть чуть менее испуганной, — продолжает Мэгги. — Твоя роль в том, чтобы гость чувствовал себя желанным и окруженным заботой. Он приходит в Annex, потому что здесь получает то, чего не может найти дома или где-либо еще. Как хостес, ты обязана потакать его желаниям, какими бы они ни были. А вкусы у некоторых мужчин бывают… эксцентричными. Так что будь готова.

Мой испуганный взгляд в зеркале тут же перескакивает на Мэгги.

— Ты ведь говорила, что от меня не будут требовать ничего… сексуального.

— И я не соврала. Есть полно других мест, где эти парни могут перепихнуться. И это обойдется им гораздо дешевле, чем десять штук баксов за ночь плюс членский взнос, который они платят здесь, — заверяет она. — Впрочем, если ты сама не против зайти так далеко, никто тебя за руку держать не станет, девочка. Благодарность гостя ты гарантированно увидишь в конверте с чаевыми в конце вечера.

— А что ты имела в виду под «эксцентричными»?

— Один из моих, — вмешивается Рина, которая собирается рядом со мной, — попросил меня снять туфли и почти два часа массировал мне пальцы на ногах. — Она содрогается, застегивая сережку.

— Это… странно.

— Думаешь, это странно? — подхватывает Рина. — Несколько недель назад один гость велел мне снять повязку с глаз и потребовал, чтобы я читала ему «Ромео и Джульетту» с британским акцентом.

Я сглатываю. Массаж ног и чтение Шекспира, если подумать, звучат не так уж и плохо. Тем не менее, в данный момент это ни капли не умаляет моего ужаса. Я оглядываюсь по сторонам. Еще семь девушек прихорошиваются перед своими зеркалами. Даже представить боюсь, какие странные вещи каждой из них приходилось терпеть.

— О, и еще кое-что, — добавляет Мэгги. — Повязку с глаз можно снимать только в том случае, если на этом настаивает сам гость. Наше заведение с дотошной строгостью относится к защите анонимности и конфиденциальности клиентов, Айрис. Нарушишь это правило — и вылетишь отсюда в тот же миг. Не заставляй меня жалеть о том, что я устроила тебя на эту работу. — Она заканчивает завязывать тонкие ленты, которые перекрещиваются на моей в остальном полностью голой спине, и отступает на шаг, оценивая результат. — Готово, можешь идти.

Мое внимание снова возвращается к отражению. Неужели это правда я? Спереди мое белое шелковое платье выглядит относительно скромно, но лишь потому, что оно в пол, со сверхэлегантными облегающими длинными рукавами, а высокий вырез полностью исключает даже намек на декольте. Ткань обрисовывает каждый изгиб моего тела, но оставляет спину открытой, если не считать перекрестной шнуровки. Я трогаю манжет рукава, восхищаясь мягкостью материала. Платье такое легкое, будто на мне надето облако. Оно выглядит как нечто среднее между простым свадебным футляром и причудливой ночной сорочкой. Мэгги приготовила его специально для меня к моему приходу. Уверена, оно стоит целое состояние.