Толпа загудела, но уже не так громко. Люди неохотно расходились, бросая на меня недоумевающие и злые взгляды. Еще бы! Ведь их лишили зрелища, за которым они и собрались. А я стояла и смотрела на человека в чёрном, который только что вытащил меня из петли.
Зачем? Почему?
Герцог подошёл ближе. Стук трости отдавался в моей груди, вместе с ударами сердца. Остановился в метре от меня, возвышаясь, как колокольня, и окинул сверху вниз своими цепкими серыми глазами.
— У вас есть полчаса на сборы, леди Нотингейл. Мы выезжаем немедленно.
— Зачем вы это сделали?
Он чуть склонил голову, и в уголках губ мелькнуло что-то, весьма отдалённо напоминающее усмешку. Или это просто тень упала так?
— Вы задаёте слишком много вопросов для человека, который пять минут назад должен был болтаться в петле. Собирайтесь. И захватите вашу компаньонку: она едет с нами.
Герцог развернулся и пошел прочь, припадая на левую ногу, не дожидаясь меня. А мне ничего не оставалось, кроме как рвануть следом. Меня больше никто не удерживал, и стражник приоткрыл деревянную дверцу в ограждении, выпуская на волю. Я успела сделать всего пару шагов, как меня окликнули:
— Леди Нотингейл! Элиана!
Обернулась. Принц Роберт спешил мне навстречу.
— Ваше Высочество, — вспомнила о манерах, приседая в неуклюжем реверансе. После ночного бдения и пережитого, спина едва гнулась.
— Минутку, — принц дал знак своим телохранителям и те отстали на несколько шагов. — Элиана, я рад, что вы теперь свободны!
Роберт подался вперед, словно хотел взять мои ладони в свои руки, но потом передумал.
— Я вовсе не считаю вас… виновной. Мой отец, он… — принц взъерошил волосы. — Это все какой-то абсурд. Я ему говорил, но меня никто не стал слушать, разумеется. Ведь я всего лишь наивный юнец, который ничего не видит дальше собственного носа.
Он явно процитировал чьи-то слова, и я догадалась чьи именно.
— Ваше Высочество, спасибо.
Абсолютно искренне поблагодарила. Знать, что хотя бы один человек не считает меня причастной к трагедии — казалось очень важным и приятным. И пусть принц не смог помочь, он хотя бы попытался.
— Я надеюсь, что в роли супруги лорда Рейнольда вам будет не слишком… одиноко, — обронил Роберт совсем тихо с грустью в глазах. — Я буду молиться за вас, Элиана.
Мысленно выдохнула. Одиночество — не самое худшее, что меня ждёт. Куда хуже было общество моего будущего мужа.
— Спасибо, Роберт.
Кивнула принцу и пошла прочь, унося в сердце тоску по свободе, которая с этого дня для меня заканчивалась. Впереди, в проёме дверей, меня ждал герцог. И стального цвета глаза впились в мое лицо, стоило лишь нам поравняться.