Вода уже доходила Цайту до пояса — дошла бы, если бы он выпрямился — так что юноша ускорился и выбрался на мелководье, уже не боясь, что его увидят. Во-первых, он может сразу же скрыться в прибрежных холмах, а там его попробуй, поищи, в темноте, да без собак-ищеек. А во-вторых…
У него несколько другие планы на ближайшие пять минут.
Юноша достал из-за пазухи револьвер, крутанул барабан. За патроны он не переживал, они, по методу известного ренчского авантюриста, Александра Шони, были смазаны раствором каучука в сернистом углероде. Углерод испарился, так что патроны револьвера остались с тонкой пленкой каучука, надежно прячущей от сырости. По словам господина Шони, однажды обработанные таким способом патроны пролежали на дне реки неделю и не утратили своих свойств. Даже если он, по ренчскому обыкновению, и несколько приврал — пару минут под водой патроны точно должны были выдержать.
Цайт поднял ствол вверх и выстрелил в воздух. Раз и другой.
— Эй вы, недоумки!! — закричал он, — Я здесь, поймайте меня, если сможете!
После чего развернулся и исчез в прибрежных зарослях.
Луч прожектора бессильно скользнул по качнувшимся ветвям.
3
Бегать в темноте — неудобно.
Бегать босиком — неудобно.
Бегать по кустам — неудобно.
Бегать в темноте, босиком, по кустам — это просто ад.
«Зачем мы это сделали?» — вежливо поинтересовался голос разума.
«Сделали что?» — спросил Цайт.
«Обратили на себя внимание и теперь ломимся впотьмах, как лось во время гона».
«Мне это тот, другой голос подсказал».
«Эй, другой голос! Мы зачем это сделали?».
«Сделали что?».
«Как жаль, что я не могу придушить вас обоих» — вздохнул голос разума — «Зачем мы выстрелили?».
«Чтобы обратить на себя внимание».
Пауза. Долгая пауза.
«…девяносто восемь, девяносто девять, сто…», — закончил голос разума, после чего очень-очень вежливо спросил — «А зачем мы обратили на себя внимание».
«Чтобы эти фальшивые полицейские оставили в покое наш корабль и отправились искать меня. Если бы я просто тихонько скрылся — они могли бы начать думать, возможно, решили бы, что им стоит захватить команду. А так — увидели меня, полыхнули азартом и кинулись в погоню. А парни тем временем тихонько уйдут».
«Резонно», — согласился голос разума.
Какой разум, такой и голос…
«Как жаль», — вздохнул Цайт, — «Что я не могу придушить вас обоих. Вы уверены, что все именно так и сработало? Что одни бросились в погоню за мной, а другие ушли?».
«Так проверь», — зевнул голос разума, — «Мы же все равно вдоль берега бежим».
Цайт действительно, после своего шумного появления и таинственного исчезновения под сенью древ, двигался вдоль берега. Все же бегом это было трудновато назвать. Почему? Ну, так подсказал тот, другой голос, спевшийся в данном случае с голосом разума.