Впрочем, вошедшего она сбила с мысли буквально на мгновенье:
— Тогда ответьте — вы с нами?
— Конечно, с вами, — не раздумывая, заверил его Макграт, — О чем вообще может идти речь? Кстати, кто вы?
— Брумосцы? — поднял бровь так и не представившийся вошедший.
— Не, вы точно не брумосцы. Выговор не тот и вообще. Это мы — брумосцы. А вы…?
Макграт сделал приглашающий жест рукой, мол, не стесняйтесь, выкладывайте, кто вы там.
Троица переглянулась с некоторым сомнением, похоже, решая, стоит ли связываться с непонятной компанией, у которой, похоже, не все в порядке с головой. Один святоша чего стоит. Но, видимо, им нужны были люди, поэтому после небольшого сомнения, самый главный из вошедших веско сказал:
— Мы — музыканты.
В этот раз озадаченно замолчали морпехи, видимо, незнакомые с традициями Белых земель, ну, или знакомые недостаточно глубоко. А вот Ксавье сразу понял, о чем речь. А заодно — и то, что помимо разоблачения своего двойника, придется еще и выяснять, откуда в Штальштадте взялись «музыканты», и насколько глубоко угнездилась эта зараза.
Музыкой, злой музыкой, в Белых землях называли бунт. И если те, кто называет себя музыкантами, так спокойно вербуют новых сторонников — значит, в Стальном городе скоро станет жарко.
Жарче, чем в домне.
Глава 28
Интерполяция от автора
Мои уважаемые читатели, разумеется, с интересом следят за судьбой четверых отважных юношей, волею судьбы и живости собственного характера оказавшихся членами Черной сотни короля Шнееланда Леопольда Седьмого — да здравствует его величество! — и в итоге разбросанных по просторам континента.
Одного из них, например, отважного, хотя часто и несколько прямолинейного, юношу в данный момент и вовсе вывезли за пределы Белых земель. Плен — гадкая вещь, доложу я вам, особенно если в этом плену тебя будут допрашивать и, скорее всего, даже пытать, заставляя выдать тайны твоего королевства. Но кто мог предвидеть такой поворот событий, верно?
Второй также пересек белоземельскую границу — каковой, будем честны, еще и в природе-то не существует, ибо Белые земли в данный момент вовсе не политический термин, а всего лишь этнографический — но этот, хотя бы, по собственной доброй воле. И, в отличие от первого, плен ему вовсе не грозит, если он, конечно, успеет выполнить свое, довольно простое, задание до того, как начнется война… ой, я, кажется сболтнул лишнего, да?
Третий оказался в месте, где никаких войн не было довольно давно, вот уже лет десять, наверное. И, хотя многие окрестные правители облизываются на богатое рыбой Риттерзейское озеро, войн из-за синих сигов не начинают. Особенно, если вспомнить численность армии Зеебурга. Что, конечно, не означает, что третьему юноше досталось легкое и простое задание.