Ощущение колючей шерсти на лице, пахнущей кислятиной, говорит в пользу второго варианта. Вывод, достойный знаменитого сыщика Рауля Римуса.
По обвившим запястья колючим веревкам детектив немедленно догадался бы, что он находится в плену.
Вольф четко помнил, что происходило с ним до того, как он очнулся в темном неизвестногде. Ночное нападение неизвестных, холодная сталь у горла, вспышка боли в голове — и вот он здесь. Похищен неизвестными, чтобы… что?
Этого Вольф не знал и от этого начинал нервничать. Что, если теперь весь план фельдмаршала покатится в преисподнюю?
Скрип.
Что-то скрипнуло в непроницаемой темноте. Зашуршали шаги. Чья-то рука грубо сорвала повязку, свет, неожиданно яркий, заставил сощуриться, в попытке рассмотреть, где он.
Комната. Камера. Каменный мешок. Небольшое пространство, два шага — одна стена, два шага — вторая. На полу солома и набитый той же соломой мешок, на котором лежит он, Вольф. Низкая, приоткрытая дверь, от которой падает тусклый свет.
Тюрьма.
— Всставай!
Нависший над Вольфом силуэт с лампой в руках — за стеклом бьется огонек свечи — хватает его за воротник и с силой поднимает на ноги.
Мужчина. Военный. Солдат. Кепи на голове, светлый мундир, блестящие пуговицы.
Военная тюрьма.
Униформа незнакома, но он наверняка слышал о такой. Осталось только вспомнить…
— Шшагай! — толчок в спину.
Коридор. Короткий. Горят газовые фонари.
Повинуясь толчкам, не оскорбляющим или служащим цели сломить его, просто направляющим в нужную сторону, Вольф зашагал по коридору вперед, с все так же связанными за спиной руками.
Двери. Двери. Двери. Запертые.
Возле очередной запертой двери стоит солдат. В точно такой же незнакомой светлой форме. К ноге приставлена винтовка. Светло-оранжевый мундир, черные брюки, черные сапоги. Знакомая, очень знакомая форма…
— Господин майор шшдет, — коротко бросает конвоир и, постучав в дверь и дождавшись неразборчивого ответа, толкает Вольфа вперед.
— Господин майор, пленный досставлен!
Небольшое помещение, сводчатый потолок — подземелье? — стол. Перед столом табурет, на столе — несколько бумаг, массивная чернильница и офицерское кепи с черным султанчиком. За столом — офицер.
Тот же оранжевый мундир, эполеты, загорелое лицо, светло-пшеничные, как будто выгоревшие волосы.
— Ну какой же это пленный? — майор расплылся в доброжелательной улыбке, фальшивой, как фарранский золотой, — Мы ведь не воюем с Шнееландом, откуда у нас вдруг возьмется пленный шнееландский офицер, верно?
Не воюете. Пока еще нет.
Вольф вспомнил. Оранжевые мундиры — форма фюнмаркских колониальных частей. Обычно дислоцированы на Кепулианских островах, что они забыли здесь? Впрочем, юноша тут же нашел ответ на этот вопрос: Фюнмарк просто решил в этот раз приобрести колонии поближе, чем острова, расположенные на другом конце света. Покорить очередных дикарей.